Сейчас понимаю — иначе нельзя было. Может быть генералы у нас и дураки, так уж принято среди солдат считать, но вот те, кто во главе государства, стоят — точно не тупые. И если надо было на такие отчаянные меры идти, то они оправданы должны быть.

— Ладно, — проговорил Гром. — Согласен. Нужно будет только время, чтобы вывезти отсюда все. Даже горючего сколько получится. Ясное дело, что его на заправках достаточно пока, но все равно.

— Да машин столько нет, сколько нужно, чтобы это все пожечь, — я пожал плечами. — Ладно, справимся, если что. Дадим «Воронам» небольшую передышку, если придется.

— Ну и можно местных под это дело мобилизовать, из тех, что по деревням живут уж, — предложил Алмаз. — Это же не то же самое, что автомат дать и в бой отправить. Пусть грузят и таскают.

— А потом закурить кто-нибудь на артиллерийском складе и пиздец, — сказал Гром.

— Сигареты отберем у всех уж, — Алмаз неожиданно улыбнулся. Мне видеть улыбку на его лице было совсем непривычно, татарин обычно так не делал. А после того, как Ильяс погиб, он вообще все время мрачным ходил.

— Так что дальше? — спросил Гром.

— Дальше? — я улыбнулся. — А дальше — Белогорск. Мы сейчас еще под сотню «Воронов» выбили, так? Сколько их там осталось? Меньше тысячи. В «Белогорске» еще три сотни сидит, если верить тому парню, которого у лагеря взяли. То есть, если с ними разобраться, то сколько их останется? Шесть сотен.

— Изначально их, говорили, полторы тысячи было, — заметил Гром. — А так половина останется. И что тогда?

— А тогда у них будет два варианта, — сказал я. — Либо договориться попытаются, либо в кулак соберутся и двинут сюда, чтобы ударить. Вот только бить по нам бесполезно, они нас просто не найдут. А мы еще одну-две колонны сожжем без проблем, у нас теперь дроны, а еще вон те красавчики, — я кивнул в сторону батареи, которую можно было разглядеть через окно. — И дроны есть, на этой базе их пока что достаточно.

— Короче говоря, это и есть тот самый стратегический успех, про который ты говорил? — спросил капитан.

— Точно, — кивнул я. — А вы уже все бросить и обратно идти собирались.

— Пойдем посмотрим? — предложил Гром. Ему эта тема, очевидно не понравилась. Да и я, если подумать, зря быканул, потому что он-то сам как раз на моей стороне выступил. Это другие сомневаться стали.

— Пошли, — кивнул я, двинувшись на выход из штаба.

— А может быть иначе поступим? — предложил вдруг Алмаз.

— Это как? — спросил я.

— Да грохнем этого Мансура, уж, — сказал татарин. — Знаешь, жалеть его не буду, пусть он нам, татарам, и родня, правда далекая.