Я оттолкнулся от земли, рванулся к нему, и врезал носком ботинка в пах. Удар прямо по яйцам заставил его согнуться, я опять едва удержался, но ногах, но каким-то чудом умудрился сохранить равновесие, и добавил ему еще раз — на этот раз коленом в лицо.
Снова хрустнуло, и он опрокинулся на спину, да так и остался лежать.
А Шульц уже пытался подняться. Я рванулся к нему и врезал подошвой ботинка прямо в затылок. А потом еще раз. Еще и еще, вбивая его прямо в землю.
И тут меня прорвало. Я бил его раз за разом, пытаясь втоптать в землю, орал что-то невразумительное, и остановился только когда задняя часть черепа этого уебка превратилась в кашу, из которой было видно мозги. Прям натурально — такую хуйню серо-розовую, которая была похожа на грецкий орех. Да еще и парила немного.
Поднял голову, и увидел Наташу, которая стояла в полусотне метров. Она по-прежнему держала свой пистолет-пулемет наизготовку, но на этот раз будто целилась в меня. А у меня словно батарейку выключили. Я, сам не понимая почему, рухнул на колени.
Так. Держаться, майор Краев. Держаться, блядь. Двое из них еще живы, хоть и, очевидно, в отключке, иначе я уже мертв был бы. Так что сперва нужно освободиться.
Я увидел, что чуть в стороне валяется мой топор. Подполз к нему, развернулся спиной, нащупал руками лезвие и несколькими движениями перетер об него стяжку. Повернулся и махнул Наташе рукой, мол, подходи.
Сперва потер запястья, на которых оставались отчетливые кровавые следы. Потом прикоснулся к лицу — скула сбита, на подбородке тоже ссадина. Мордовали меня всерьез, как ни крути.
Руки, блядь, как будто не свои, вообще ничего не чувствую. Но я увидел в траве и свой пистолет, подобрал его. Подошел к яме, и увидел, что боец внизу уже шевелится. Пришел в себя, но не до конца — взгляд расфокусированный, толком ничего еще не видит.
Нет, меня с пистолетом в руке заметил. Поднял руку, видимо, просит, чтобы я не стрелял. Только вот пошел он на хуй, зачем мне двое пленных? Одного будет вполне достаточно, чтобы узнать то, что я хочу.
Я выстрелил ему в голову. В середине лба появилось аккуратно отверстие, и он затих. Сам же я подошел ко второму, покопался у него в карманах и вытащил из одного из них целую пачку кабельных стяжек. Которыми зафиксировал ему руки. Потом расстегнул ремень его брюк, и им связал ноги.
Повернулся, и увидел Наташу, которая смотрела на меня очень широкими глазами. И я заметил, что руки у нее ходят ходуном, а палец по-прежнему лежит на спусковом крючке.
Глава 14
— Я… — проговорила она. — Я его убила, да?