Я повернулся, давая понять, что у предложения моего альтернативы не имеется, и двинулся по дорожке в сторону небольшой беседки, которую заметил справа. Таких целых три было, рядком стояли. Как раз по-видимому для того, чтобы туристы в них отдохнуть могли.

Вошли. Здесь хорошо было, все из дерево, свежим лаком пахнет, и даже магнал стоял, хороший такой, я бы сказал, капитальный. Думаю, что там и внутри все в порядке, не как в том санатории. Дорого-богато, короче говоря.

Я уселся на скамейку за стол, а Ислам примостился напротив меня. Мы встретились взглядами.

— Дела у вас херовые, я так понимаю? — спросил я.

— Да, — кивнул он. — Уже осень пришла. Что будет зимой — я не знаю. Кормить людей тоже особо нечем. Нет, я на самом деле мог бы один уйти, прибиться к кому-нибудь, выжил бы однозначно. Да только вот остальные. Хрен знает почему, я ответственность за них чувствую. Да и привязался что ли.

Я покивал. Мне это напомнило мою же историю, когда я вел группу к крымскому мосту. Шансы на выживание у нас были так себе, и если бы не два бойца, которых мне дал Сафин, то вряд ли бы добрались. Да и так я под конец потерял практически всю команду.

По уму не надо было их тащить. Оставили бы на базе Росгвардии, а дальше двинулись бы втроем, чисто разведать, что там впереди. Ну Степаныча еще взяли бы. А этот в моем же положении. Кроме того, что он не профессиональный убийца, а врач.

Кстати, врач. Это ведь интересно. Хотя бы в том плане, что он может пригодиться. Может быть, помочь им, предложить к Сафину на базу переселиться? Как он отнесется?

Не знаю, потому что мы и так кучу народа туда отправили, и он Ильясу очень явно намекнул, что больше никого не примет, когда тот ездил туда с людьми из Дачного. Но тут есть один нюанс, причем очень важный. Врач.

— Ты какой специальности врач? — спросил я.

— Пульмонолог, — ответил он. — За терапевта сойду, наверное. Но сейчас по-моему всем больше хирурги нужны. А я вообще никак за него не сойду.

Кстати, он и нам пригодиться мог бы на базе. Но брать на обеспечение еще десяток гражданских, да еще и с детьми. У нас ведь не пансионат, блин, а партизанский отряд, иначе не скажешь. И теряем мы людей в последнее время достаточно часто. Даже в этом рейде, сугубо разведывательном — минус импортный, да еще и Руся осколок в ногу словил.

— Если я скажу, что место есть, где вас принять могут, что скажешь? — спросил я. — Добраться сможете?

Он чуть задумался, пожевал губами, после чего проговорил с явно прорвавшимся акцентом. От волнения по-видимому.

— Там нормальные люди?