так уж и плохо могло быть. — И всё-таки… почувствовал что? — спросил я. — Когда тебя по голове ударило? Если честно, я свои ощущения описать толком не мог. Голова болела. Зрение… Не то чтобы отказало, просто как-то помутилось… Но мной-то управление полностью не перехватило. Эта тварь… я даже сумел догнать его и остановить. — Не помню, — проговорил Тихон. — Вообще ни хрена не помню, честное слово. Как будто бы мозги просто взяли и вырубились напрочь. — Ну да… пацаны, — сказал Богдан, который все еще морщился после выпитого спирта. Видимо, слишком крепкий напиток для молодого пацана. — Вы как хотите, а я сегодня ночую в подвале. Не хочу я больше с этими морфами встречаться, не хочу, честное слово. — А придётся, — только и оставалось проговорить мне. — Я тут с Трубой договорился. Мы… ну… Я провёл пальцем по кругу, обозначая не только себя, но и всю команду. — Привезут огнеметы. Пойдём внутрь, туда, и… выжжем там всё нахрен. — Ты пойдешь? — Богдан посмотрел на меня, потом на Тихона, потом куда-то в сторону. Он явно задумался. Тихон покачал головой. — Я не пойду. — Почему? — спросил я. — Это страшно, потому что, блядь… страшно, понимаешь, Серега? Не хочу я больше этого. Если бы я знал, что с нами случится… может, я бы вообще ушёл. Но Мансур, к сожалению, ошибок не прощает. — Да это точно, — подумал я вслух. А чему тут вообще удивляться? Действительно нечему. Но вслух, естественно, этого я говорить не стал. — А я пойду, — вдруг проговорил Богдан. Он-то, в отличие от нас, уже успел напиться. Я сохранял трезвость — в принципе, пить умел, но практически никогда не напивался. А Тихон, кажется, был в слишком большом напряжении после того, что ему пришлось сегодня пережить. — Я пойду, — повторил Богдан. — Эту мразь надо выжечь нахрен. За Славяна. Да и вообще… если мы ничего не сделаем, то они скоро не то что эту Феодосию — они скоро весь остров захватят. — Да куда ты пойдёшь-то? — спросил Тихон. — Что я твоей матери скажу, если тебя там сожрут нахрен? Однако, повезло ему. У него мать осталась в живых. Я так и не разобрался с тем, кем они раньше были друг другу. Родственники вряд ли, а вот знакомы точно были. Богдан усмехнулся, посмотрел на меня, после чего проговорил: — Нет, не сожрут. — Это с чего ещё? — спросил Тихон. — Потому что он с нами пойдет. Тихон смерил его взглядом. Сперва его, потом меня, дальше посмотрел куда-то в сторону, явно задумался. После чего проговорил: — А с чего ты ему так веришь? — А с чего вы мне не верить? — спросил я, чуть удивившись. — Не,