— Ой, нет, — замахал руками Алексей, — меня уволь, если можешь. Я и так надорвался с этой Ладой, не понимаю, как ты можешь встречаться с несколькими людьми за один день. Давай ты будешь с ними разговаривать, а я погуляю.

— Ну давай, — согласилась Настя. — Извини, если я тебя утомила. Покажи мне словесный портрет этого Владимира, который дала Якушева, буду прикидывать его ко всем фигурантам.

Ей стало неловко. Ну в самом деле, она за столько лет службы в розыске привыкла опрашивать большое количество людей, и это занятие не казалось ей утомительным. Насте даже в голову не приходило, что кто-то может уставать от такой, в сущности, пустяковой работы.

* * *

— И кто это был? — требовательно спросила Линда Хасановна, когда Петр наконец появился в сквере.

— Да это сиделка доктора Евтеева, кажется, ее зовут Ладой.

— Ты уверен?

— Обижаете, Линда Хасановна, я ее хорошо запомнил еще с того времени, как ее к следователю таскали.

— Почему это ты ее хорошо запомнил? — Линда недобро прищурилась. — Потому что она молодая и красивая?

— Я ее запомнил, потому что я добросовестный работник, — терпеливо ответил Петр. — И не смей меня ревновать, красивее тебя на свете нет женщины.

Линда смягчилась и улыбнулась.

— Ладно. А о чем они говорили?

— Ну, это вы, Линда Хасановна, с меня много требуете! — возмутился Петр. — Насчет техники я сказал, только толку пока никакого, хотя и обещали помочь. А с девочкой я поговорю отдельно, это будет нетрудно. Она мне сама все расскажет. А что у тебя? Что поделывала твоя подопечная сыщица?

Линда движением, исполненным презрения, пожала плечами.

— Фотографировала. Ты только представь: беременная собачка, такая жара, и вместо того чтобы помочь несчастной, напоить ее, накормить, устроить в тенечке, она ее фотографировала! Да еще гамбургером приманивала! У нее вообще нет сердца! Нет, я просто не понимаю, как это можно: беременную собаку кормить гамбургером!

— Конечно, — усмехнулся Петр, — была бы твоя воля, ты бы всех бездомных собак домой взяла и возилась бы с ними. Ну скажи мне, что плохого в том, что эта москвичка фотографировала собаку? Чего ты на нее взъелась? И кстати, чего ты рассиживаешься? Пойдем, они в «Джоконде» кофе пьют, как бы нам их не упустить.

— Я рассиживаюсь! — вспыхнула Линда. — Я, между прочим, тебя ждала, не уходила, хотя и видела, что он ее уводит куда-то.

— Ну вот, а я потолокся немного на набережной и увидел, куда они пошли. И перестань дуться, это портит твою красоту.

Они быстрым шагом направились в сторону ресторана «Джоконда» и устроились на парапете напротив высокого широкого окна, через которое хорошо были видны московские сыщики.