— Будем надеяться, — вздохнула Настя. — И пирожок какой-нибудь возьми или булочку, а то ведь неизвестно, когда придется поесть.

Алексей пошел к стойке за кофе и булочками и, пока хрупкая девушка на вид лет восемнадцати готовила заказ, вытащил из проволочного держателя журнал и сунул под мышку.

— Что ты стащил? — спросила Настя, когда муж вернулся с подносом в руках.

— Справочник «Недвижимость Южноморска». И не стащил, а взял на законных основаниях, они бесплатные.

— Зачем? — удивилась она.

— Там должно быть много цифр, а цифры — наша с тобой общая стихия. Тем более будет возможность понять, каков на самом деле здесь уровень цен и, соответственно, размер наследства твоей заказчицы. Те цифры, которые ты мне называла с ее слов, у меня, честно признаться, доверия не вызвали. Конечно, здесь море, но все равно ведь не столица. Ну, как тебе здешний напиток?

Настя сделала глоток кофе из белой с золотым ободком чашки и поморщилась.

— Гадость, конечно, но все равно лучше, чем ничего. А вот булочка вкусная, попробуй.

— Нет уж, — отказался Чистяков, — ешь сама, я потерплю до нормального общепита.

— Ага, — кивнула Настя, — если ты его здесь вообще найдешь, оптимист ты мой.

Пока она пила кофе и жевала сдобную булочку, он полистал журнал.

— Смотри-ка, — с удивлением протянул Алексей, — тут более пятисот объектов городской и загородной недвижимости. То есть люди строятся, покупают, вкладывают деньги, значит, здесь не упадок. Ну-ка посмотрим цены на жилье.

Он перевернул несколько страниц и углубился в изучение предложений о продаже квартир.

— Ни фига себе! — присвистнул он. — Глянь, Аська, квартира сто тридцать четыре квадрата, двести пятьдесят метров от моря, цена — двадцать восемь миллионов.

— Сколько?! — Настя чуть не поперхнулась.

— Двадцать восемь. Но это первичка, и даже якобы с евроремонтом. А что там у твоей заказчицы?

— «Трешка» в пяти минутах от моря.

— Так, смотрим вторичку… Вот, нашел: трехкомнатная квартира, восемьдесят метров, две минуты от моря, восемь с половиной «лимонов». Тоже не хило. А вот еще, семьдесят метров, вид на море, то есть до пляжа еще пилить и пилить, девять с половиной.

— Н-да, — задумчиво проговорила Настя, — Валентина Дмитриевна не сильно погрешила против истины. Цены здесь и в самом деле убойные.

В этом же справочнике обнаружилась довольно подробная карта Южноморска, и они с интересом принялись разглядывать ее. Даже на первый взгляд было видно, как складывалась судьба этого города. В одной части застройка была плотной, а улицы — кривыми, зато носящими названия почти сплошь по именам писателей — Горького, Чернышевского, Грибоедова, Твардовского, Чехова, Тургенева. В другой же части преобладали имена политических деятелей, таких, как Куйбышев, Свердлов, Киров. «Литературные» улицы располагались у моря, а «политические», начинаясь от берега, уходили вглубь, огибали «литературные» и заканчивались в предгорьях, там, где, судя по карте, располагались больницы и санатории. Между «литературной» и «политической» частью города находились аквапарк, океанариум и дельфинарий, а также две большие современные гостиницы, если верить карте, с собственными пляжами.