Я заколебался, но вовремя вспомнил, что наше совместное пребывание на постоялом дворе могло испортить девчонке репутацию. Неважно, что мы всего лишь подростки, и между нами ничего не было. В подобной ситуации лишь ночевки в доме, находящемся под божественным покровительством, воспринимались как должное. Ведь гарантом честности в этом случае выступали не простые люди, а жрецы. А жрецов в империи уважали.
Глава 10
О том, что в этом мире были свои верования, меня тоже в свое время просветили. Преподаватель по истории охотно делился этой информацией, поэтому мне было известно, что в империи процветает культ Тал-Рам: бога-солнца и богини-луны.
Фишка заключалась в том, что на самом деле это было одно божество, только с разными ипостасями. Поэтому изображали его как Будду: с одним телом и с двумя лицами. Мужским и, соответственно, женским. У бога-солнца Тала символом служила лучистая солнечная «корона», а у богини-луны — самый обычный круг. Все было элементарно: Тал-Рам. Солнце-Луна. Отсюда взялось и название мира: Тал-иль-Рам, Тал-эль-Рам, Тал-аль-Рам… в более сокращенном варианте: Тальрам, Тэльрам или Тильрам, как изредка, но все же можно было прочесть в старых имперских текстах.
Разница в названиях объяснялась просто: приставки. Буквенное сочетание «иль» использовалось в империи для обозначения людей благородного сословия. «Эль» — для высокородных, а «аль», соответственно, для магов. В случае, если аристократ являлся магом, существовало правило: на официальных мероприятиях к нему следовало обращаться исключительно как к аристократу, с приставкой «эль» или «иль», в зависимости от титула. В остальных случаях это было непринципиально. Единственное, чего требовал этикет, это чтобы на протяжении одной встречи… например, семейного обеда… обращение оставалось одним и тем же. И вот тут важно было запомнить, кого и как именно ты назвал при знакомстве, чтобы потом не оконфузиться.
Но вернемся к храмам.
Храмы имелись в каждом имперском городе. Однако, в отличие от земных, это были не монументальные строения с золотыми куполами, башнями и тяжелыми иконостасами. На Тальраме храмом называли не столько место, сколько состояние, которое возникало при его посещении. Поэтому вместо массивных церквей и роскошных костелов здесь строились очень простые, традиционно выкрашенные в белый цвет и напрочь лишенные роскоши здания. Порой даже не дома — всего лишь навесы, под которым всегда стояла статуя имперского бога и журчал небольшой фонтан, где вода даже в самые жаркие годы не иссякала.
Столичный храм тоже не отличался богатым убранством. Низенькая деревянная ограда, зеленая лужайка, едва тронутый дыханием осени сад, освещенный бронзовыми фонарями, и маленькая калитка, от которой уходила вдаль выложенная камнем дорожка. Немного поодаль, за деревьями, виднелся одноэтажный дом размерами с обычную сельскую церквушку. А единственным, что указывало на статус этого здания и звание главного храма империи, была небольшая белая башенка, увенчанная символом двуединого бога: лучистой короной, светящейся вокруг идеально ровного круга. То ли солнце, то ли луна… каждый решал для себя сам. И точно так же сам делал выбор, заходить ему внутрь или нет.