— Мы… благодарим отважных пиратов за предусмотрительность, — пискнула психилогиня.

На этом мы все решили, что пора и честь знать, и рассосались по залу. Тем более сзади напирала толпа первобытных людей — в шкурах и с дубинами.

Приглядевшись, я опознала в них орлиный офис. И поняла, что вот сейчас моё представление о его сотрудниках полностью совпало с визуалом.

— Ух! Ух! Ухуху! — орали они, скакали и потрясали дубинками. Ну да, идеальное совпадение образа и внутренней сущности.

Тут меня крепко обняли за талию в корсете и жарко прошептали на ушко:

— Привет, красотка!

Ох ты ж зараза…

Я повернулась, приобняла Сабатини и звонко чмокнула в щеку.

— Ты был бесподобен! — вполне искренне проворковала в ответ.

— Пфф! Я всегда бесподобен! — засмеялся он, прижимая меня ещё крепче. — Твои ребята — молодцы. Готов выкупить Евстигнея за разумные деньги. Даже чуть больше, чем за разумные.

— Ха! Друзей не продаём!

— А как насчёт просто покатать, вместе с прекрасной хозяйкой? Такую куколку грех не похитить! Давай сбежим, детка.

— Бросить своих в самый ответственный момент? Не по-пиратски, — отшутилась я.

— По-пиратски — это когда забираешь самое ценное и исчезаешь в тумане, — он усмехнулся, и в его глазах вспыхнули озорные огоньки. — А ты, куколка, сегодня — самый ценный трофей в этом зале. И личико твоё кукольное… Прямо как живое.

Меня будто током долбануло. Это он на что намекает⁈ Просто комплимент сказал? Или узнал черты лица головы от секс-робота⁈ Так-то моделей много, случайного опознания мне не приходилось бояться, но Сабатини всё же торгует этим барахлом… Я засмеялась чуть более звонко, чем требовалось.

— Спасибо, дорогой. Но давай лучше посмотрим, что там наши инквизиторы вытворяют.

На более изящный перевод темы меня не хватило, слишком уж контрабандист меня напугал.

Бухгалтерия, облачённая в тёмные хламиды, разыгрывала на импровизированной сцене суд инквизиции. Еретиком оказался мелкий начальничек из отдела непрерывности бизнеса (не спрашивайте), который никак не справлялся с тем, чтобы правильно составить зарплатные ведомости своим целым двум подчинённым. Его «пытали» с помощью здоровенного деревянного калькулятора и свитка, именуемого «Святым первоапольстольным штатным расписанием».

— Сознавайся, нечестивец! Сколько денариев ты получил за назначение обоим подчинённым отпуска на один и тот же месяц⁈ — гремела главный бухгалтер.

— Да не получал я ничего! Я забыл просто! — визжал тот, и народ покатывался со смеху.

Я хихикала вместе со всеми, но краем глаза искала в толпе знакомый силуэт. И нашла.