— Это, — замялся тот, прекратив лить воду и посмотрев на платок такими глазами, словно видел его впервые.

— Это, — прищурив глаза, сказала эльфийка и резким движением выхватила платок из рук паладина. — Уж не Тария Августина, дочь Борнунгира Истерлянского из Великих Озёр тебе его подарила?

— Нет, я такую даже не знаю. И Озёра я никакие не знаю. И не видел никогда. И даже ведать не ведаю, о чём идёт речь, — мгновенно замотал головой Хэнг.

Однако разбойнице было абсолютно понятно, что тот врёт. Она резким движением руки выхватила из рук паладина платок, подкинула его вверх, и пока тот падал на землю, мгновенно сорвав с пояса достав свои кинжалы, быстро нашинковала тот на мелкие лоскуты.

Как ни в чём не бывало, убрала оружие в ножны, посмотрела на застывшего в оцепенении Хэнга и бархатным голосом осведомилась:

— Надеюсь, ты теперь понял, дорогой друг, что я сделаю со всеми твоими распутными девками?

— Понял, — ответил тот, кивая, а затем прошептал: — Ты назвала меня не просто другом, а дорогим другом! — и, обрадовавшись этому, с придыханием в голосе, добавил: — А это значит, что мы становимся всё ближе и ближе друг к другу.

— Ничего это не значит. Как же ты не понимаешь, Хэнг, — вздохнула та, осознав, что случайно наступила на те же грабли и сейчас тот опять заведёт свою шарманку про дела любовные. Это надо было пресечь, поэтому она вновь вздохнула и, насколько можно доходчивей, стала объяснять. — Пойми ты, наконец, мы с тобой разные биологические виды. Ты — грязный человек. Я — Высшая эльфийка.

— Ну и что? — не поняв, произнёс паладин.

— Как что? Это фундаментальный вопрос!

— Почему?

— А кем у нас дети уродятся?

— Кем?

— Полукровками! Понял? — повысила голос Элианиэль, пытаясь вдолбить понятную любому другому существу истину.

— Ну и что?

— Да, что ты заладил: «ну и что», да «ну и что», — вспылила разбойница. — Слушай меня внимательно! Дети у нас с тобой будут полукровками. Ну? Теперь понял?

— Нет, — замотал головой тугодум.

— Тяжёлый случай, — проговорила эльфийка и разъяснила более понятно, как для ребёнка: — Это значит, что они будут с одной стороны не людьми, а с другой и не Высшими эльфами. Более того, они даже обычными Солнечными эльфами не будут. Теперь уяснил?

— Да, — ответил тот, так и не поняв ни черта.

— К тому же у нас с этим строго, — продолжала информировать паладина разбойница, — меня сразу же после нашей свадьбы отлучат от корней Великого Древа, проклянут и лишат наследства.

— Не может быть. За такую мелочь?

— Это для тебя мелочь — ты всего лишь человек. А для Высшей расы это совсем не мелочь. Выгонят и отлучат. Ты же не хочешь этого?