— Это… Так не получится… Дело в том, что одни… Мои враги, это они подстроили. До меня им не добраться, но Леночка… Она ведь еще совсем ребенок…

И он заплакал.

Движением руки Второй разорвал связь.

— Дальше я сам. Лена — его единственная дочь и его уязвимое место. Т… Этот человек — довольно известный и влиятельный в определенных кругах. Нет-нет, ничего криминального, скорее, даже наоборот. И у него много врагов. В реале им до него и до Лены не добраться, а вот в виртуальности… Они наняли хакеров и взломали медицинскую капсулу. Узнали, каким персонажем она играет и устроили засаду. Заманили в инстанс высокого уровня и оставили там.

— Есть администрация игры. Есть специальной подготовленный персонал в клинике, те же хакеры или кланы наемников в конце-концов. Полно тех, кто может ее оттуда вытащить, раз уж отключать нельзя — вопрос денег, как я понимаю, не стоит?

— На это уйдет не один день. Понимаете, Иван… Она ведь уже и так натерпелась. Выдержала такое, что просто не под силу ребенку в ее возрасте. И я готов на все, чтобы вытащить Лену оттуда как можно скорее. Но это оказалось не в наших силах.

— И в чем проблема?

— Она застряла в инстансе.

— Имя персонажа известно, свяжитесь с ней и попросите кинуть приглашение…

— Молчит. Не отзывается и на все попытки с ней связаться не отвечает. Скорее всего, эти мерзавцы до сих пор с ней в группе, и эта группа закрытая.

Да, есть такая тема — полная изоляция группы от внешнего мира. Используется для важных переговоров или для серьезных рейдов, где ни на что нельзя отвлекаться. Конечно, чтобы включить этот режим, нужно согласие всех членов группы — но разве сложно запудрить мозги 10-летней девочке?

— Ее ведь не просто так там оставили, Иван Владимирович. Она там умирает. Погибает снова и снова от клыков и когтей монстров на десятки уровней старше. Или в лужах с кислотой. Или от ядовитых испарений…

— Я так понимаю, вы знаете, где она?

— Да, но вытащить не можем.

— А я, значит, могу?

— Если верить Сергею, то да.

Выходит, они и Авраменко подключили. Впрочем, разумно — кто сможет помочь лучше, чем бывший разработчик игры?

— Понимаете, Иван Владимирович, дело в том, что часть курса реабилитации Лены — это возврат когда-то утраченных из-за длительной болезни ощущений. В том числе у нее отключен и болевой фильтр. Конечно, это всего тридцать процентов от номинальной чувствительности, но после всего того, что ей пришлось пережить…

На жалость давит, мразь.

— И что я должен сделать?

— Отправиться туда. Вытащить Лену. И спрятать ее на какое-то время.

— Стоп! Это еще зачем?