Мясник вновь попытался испуганно заорать, однако в этот раз я всего лишь один раз ударил его в диафрагму, после чего он тут же сжался и начал жадно хватать воздух. В это время я взял слово:

— Не будем тратить время, и перейдём к сути, — холодным и максимально механическим синтезированным голосом произнесла моя кукла, сложившая свои руки за спиной. — Я предлагаю тебе сделку, человек. Мы заключим пакт — ты честно, без всякой полулжи с увиливаниями, рассказываешь мне всё, что меня интересует, пока я клянусь никак не вредить тебе. Собственной жизнью клянусь, что даже пальцем тебя не трону, если ты согласишься сотрудничать.

— Ты дух?! Ты явился за моей душой? Я могу отдать тебе других людей! Просто скажи, кого ты хочешь?! Я знаю тут одну школу с юными девочками, уверен, их души будут куда вкуснее моей…

Один удар железной конечности в пах, и он резко заткнулся. Мясник всё время нашего разговора пытался вырваться, но я слишком хорошо скрутил его, чтобы у него имелся шанс. Пусть магия и позволяла многократно увеличивать физическую силу, но у неё был свой предел. И если у мышц не была места для движения, даже всё шаманство было бессильно.

В теории, он мог бы попытаться использовать технику, если она у него была и могла помочь в этой ситуации, однако и на этот случай я был готов — полтора десятка моих марионеток прямо сейчас ждали своего момента, будучи сокрытыми темнотой. И стоит ему хоть на секунду вырваться, как уже через ещё одну он будет снова скручен.

Но также вполне очевидно, что даже находясь в таком положении, он отказывался сотрудничать. А потому мне пришлось несколько мотивировать его — для начала я просто сломал все пальцы на его правой руке, которой он и создал свое прошлое оружие.

И как ни странно, но именно угроза навечно потерять шанс продолжать заниматься своим искусством, заставила его прислушаться к моему предложению. Он также боялся и самой обычной смерти, но потеря рук была для него хуже погибели, так как значила, что он больше не сможет «творить» — что, забавно, для него было хуже, чем сгинуть в небытие…

— Я согласен! Я принимаю клятву! Только не трогай меня! — со слезами прокричал маньяк после того, как я переломил указательный палец на его левой руке. Что с учётом его бывшего поведения смотрелось особенно жалко. Однако сейчас, когда проклятый пакт был установлен между нами, мне было плевать. Важнее всего было узнать то, что я хотел, не обращая внимания на его поганый характер. И первый вопрос был вполне очевиден:

— Расскажи всё, что знаешь о создании проклятых орудий и символов, созданных на фасаде твоей мастерской. А также о том, кто ты вообще такой и что тебе известно о некой Акеми и её муже…