Сдержать вдох от очередного поворота в истории было тяжело. Зря я всё-таки спросил у него про кланы…

— Битва Сугуваро и Тайро была настолько разрушительной, что там до сих пор остался пустырь, который обходят монахи. Целые горы были снесены, потому как великий самурай мог справиться с любой атакой Сугуваро — но окружающая местность такой стойкостью не обладала. Битва продолжалась целыми днями и ночами, во время которых Тайро смог нанести несколько действительно серьёзных ран Сугуваре, пусть ни одна из них и не была смертельной. Согласно легендам его клинки зачарованы особым образом, чтобы бить особенно сильно по проклятиям, однако мстительный дух знал и об этом, отчего специально построил свою тактику на долгом выматывающем бою, во время которого старался получать как можно меньше ран. Как-никак, даже после смерти, Митедзане оставался мудрецом. И только на третий день их битвы, когда Тайро был уже истощён ментально и физически, Сугуваро смог пробиться через его защиту, одним своим сильнейшим ударом пробив его грудь и оставив мечника умирать. Вот только у того было другое мнение насчёт своей судьбы.

— И какое же? — просто чтобы поддержать разговор, спросил я. Причём, Гето, судя по его улыбке, даже понравилась моя «вовлечённость».

— Стоя на последних усилиях воли и смакуя своими последние вздохи, Тайро ещё раз посмотрел на яростного Сугуваро, даже после победы не знавшего покоя. И понимая, что дух истребит большую часть Японии, если его не остановить, великий самурай взмахнул собственным клинком, в котором уже не было и капли проклятой силы, и снёс собственную голову с плеч. Согласно легендам, его тело упало на землю, пока голова начала лететь, не переставая смотреть на не ожидавшего того бога и, не произнося ни слова, одними губами проклинать своего заклятого врага. Всего несколько секунд она катилась по земле, пока не настало очевидное — проклятая энергия начала в невероятных объёмах собираться вокруг головы павшего генерала. Который через мгновение перестал таковым быть… Что было дальше не запечатлено даже в самых старых сказаниях, которые я находил. Никто не следил за этим сражением, так как, очевидно, никто не был способен выжить там, где сражались две такие могучие сущности. Известно лишь то, что Тайро подобрал свой клинок и начал сражаться с Сугуварой. Детали боя покрыты тайно, так что мы знаем лишь его результат — спустя дни сражения один злой бог почему-то успокоился, а сам Тайро исчез. Заметно успокоившийся Сугуваро в последний раз переговорил со своими бывшими учениками и последователями, прибывшими за ним в Хоккайдо, и тогда он издал свой последний указ. Он сделал весь остров запретным местом для любых шаманов кроме самих айну и прочих, родившихся там. Всем магам запрещалось вступать туда, и если кто-то попытается освободить заточённого самурая, они встретят гнев бессмертного духа. Именно поэтому, кстати, никто из шаманов до сих пор не вступает на земли Хоккайдо и не вмешивается в дела третьего магического центра Японии — потому что даже спустя тысячу лет, могущественный мстительный дух охраняет это место. И все, кто пытался нарушить его запрет, оканчивали очень печально… Даже я не уверен, что справлюсь с этой задачей — и тем более не выживу, если заточённый непонятно где дух Тайро вырвется на свободу. Сатору время от времени шутил, что он мог бы с лёгкостью расправиться с Сугуварой, но это были только шутки — несмотря на свою мощь, мой старый друг никогда бы не пошёл против своего великого предка, который лучше прочих справляется с наведением порядка на немаленьком острове.