Исида резко замолчал и остановился, когда услышал шорох в конце коридора, возле заброшенной ресепшены. Он тут же начал двигаться фонариком в попытках осветить всё это место, но это было бесполезно. Свет только отражался от блеклых серых стен с разноцветными детскими рисунками на них, которые будто бы смотрели прямо в сторону опытного мага. На первый взгляд ничего сверхъестественного, однако сам факт их наличия ни мог не смущать.

— …Проклятия любят прятаться и атаковать, когда ты того вообще того не ожидаешь, но они всё равно являются в первую очередь тупыми тварями, — будто бы для собственного успокоения произнёс явно находившийся на взводе маг. Он медленно шёл вперёд к этой стенке, держа фонарик в одной руке и уже подготовив вторую для удара. — Проклятия рождены из людских эмоций, отчего знают только то, что известно обычным людям. А они ни черта не знают о том, что умеем мы, шаманы.

Маг явно не рассказывал вслух все свои секреты, но я тоже не был дураком и мог о многом догадаться. Например, чтобы попытаться почувствовать проклятую энергию вместо того, чтобы полагаться на бесполезное сейчас зрение. И благодаря тому, что я заранее превратил камеру в марионетку, подобное для меня было вполне возможно. Всё-таки, это не было какое-то сложное искусство и по сути являлось одним из фундаментальных и простейших навыков любого шамана хотя бы среднего уровня талантов.

Но от того оно было не менее полезным. Только благодаря ему удалось обнаружить следы проклятой энергии в этих рисунках, и только благодаря им Такудзи смог ощутить, когда нечисть сконцентрировала свои силы, чтобы нанести свой удар. И именно благодаря столь простой технике он смог вовремя упасть к земле и сделать кувырок в сторону, благодаря которому оживший детский рисунок радуги не пробил его грудь и не разорвал на части.

Такудзи после этого мигом поднялся и одним точным пинком ударил по заставшему в воздухе рисунку мелкого перекошенного медведя. И так как его конечность была окутана тонкой плёнкой проклятой энергии, нога разбила это чудище на сотню осколков, распавшихся в ничего прямо в воздухе. Вот только это явно был не конец, судя по тому, как остальные рисунки также начали оживать и спрыгивать со стенки, чтобы затем агрессивно направится в сторону шамана. Примитивные человечечки и зверушки, пустой взгляд которых не показывал ни намёка на эмоции или разум — только абсолютную, бесконечную пустоту.

Однако Исида только усмехнулся, видя всё это. Он встал в защитную стойку, выставил вперёд руки, приготовившись к битве, но не показывал ни намёка на страх. Потому как на деле оценив чью-то угрозу, он мог успокоиться. Ведь он уже понял, что сегодня вряд ли умрёт: