— Кто это?

— Сам не знаю, и потому попрошу тебя узнать, — пожав плечами, ответил мне Гето. — Единственное, что мне известно, так это то, что нынешний мстительный дух особого ранга связан с этим молодым парнем, сейчас пребывающим за стенками ассоциации. Могу только догадываться, что они как-то связаны — родственными, дружественными или любовными узами. Мне известно лишь то, что удалось узнать благодаря одной из мартышек, служащей в полиции и передающей мне информацию в обход ассоциации. Я знаю точно только то, что в полицию случайно попал отчёт о гибели трёх школьников-хулиганов от духа, защищавшего этого самого паренька. И мне кажется, что именно он является ключом к нашей победе.

Я приказал своей кукле начать ритмично стучать пальцем по деревянному полу, чтобы показать, что меня подобная ситуация нисколько не радовала. Пусть у меня и были низкие оценки насчёт готовности Гето идти на всё ради победы, реальность оказалась ещё менее радующей, чем даже худшие из моих предположений. Ведь Сугуро показал нечто хуже, чем уже известная мне мания с фанатичностью — он показал слабость.

— Мне не нравится, с какой лёгкостью ты отбрасываешь планы и мои труды. Я мог бы потратить время на развитие, а не заниматься изучением Айну, если бы сразу знал, насколько просто можно будет переключить твоё внимание, — уже даже не желая скрывать собственное мнение, ответил я. Впервые за более чем четыре года моего обучения под его надзором, я ответил в таком грубом тоне, который здесь считался неприемлемым для ученика и учителя. И Гето не мог это не заметить.

— Впервые вижу тебя таким эмоциональным, — спокойно произнёс он, скрыв руки внутри своего рукава. Его лицо не выказывало и намёка на эмоции, но по сфокусированным глазам, изучающим меня, всё было и так очевидно. Лидер секты и культа, планировавшего настоящую революцию, не был готов встретить сопротивление в своём ближнем кругу. — Неужели тебя так сильно задела смена наших планов?

— Ненавижу делать нечто, что по итогу окажется бессмысленным. Мы все смертны, а наши жизни до тщетного коротки, отчего именно время является самым дорогим из невосполнимых ресурсов. Однако куда сильнее меня смущает нерешительность лидера, который годами говорил мне о том, как он собирается убить миллиарды ради своего лучшего мира. Хотя на деле не в силах убить даже кучку каких-то монахов, оберегающих живое проклятие… Этот пример слабости, где мы отказываемся от шансов стать во много раз сильнее, не может не заставить меня задуматься о том, что будет во время полноценной революции? Не дрогнет ли твоя рука, когда ты встанешь перед Саторо Годжо? Или вообще любым другим магом, который встанет на пути нашего плана?