Ведь даже если задуматься — а мог бы я с помощью своих собственных марионеток решить проблему? Мута, по понятным причинам, пока что ещё не создавал собственные куклы с нуля и просто наполнял своей силой старые и никому не нужные марионетки, но с его интеллектом и моим разумом взрослого, создать собственную куклу было не так уж сложно. Всего-то нужно будет использовать уже те марионетки, что у меня есть, для создания новой улучшенной версии.

Вот только где именно проходит предел того, что я могу взять под контроль? Деревянные человеческие силуэты были чем-то слишком примитивным. Однако если заменить материал на что-то более прочное, проверить мои возможности управлять техникой и использовать гений Кокити для получения под контроль полноценных машин?

Нужно будет провести эксперименты и проверить на практике, но у меня были сомнения в том, что я буду не прав. Слишком уж идея контролировать технику была чем-то, о чём просто не любили говорить нелюбящие технологии старики из высшего общества шаманов. И трудно даже представить, где будут пределы моих возможностей, если я действительно смогу с помощью своих сил связать технику с шаманством в нечто новое и цельное…

И что если я создам марионетку в форме руки, которую затем просто присоединю к своему плечу?..

У меня нет идей, что я могу ещё делать в этом теле, кроме как пытаться исправить своё положение. Двенадцатилетний мальчик, родившийся с этим проклятием, просто пытался любыми средствами избавиться от боли, потому как он не знал иной жизни — но я-то прекрасно помнил, каково на собственных ногах свободно ходить по земле. И я собирался любой ценой вернуть эту возможность, при этом развив полученный дар настолько, насколько смогу. Ведь магия, пусть она и пришла такой ценой, всё равно была поразительной вещью.

И я разберусь в проклятой энергии и стану шаманом, чего бы мне того ни стоило. Потому что других вариантов чем-то заняться, у меня всё равно не было.

. . .

…Смотря на японское шоу с выступлением какого-то неудавшегося юмориста, я мог только хмыкнуть, оценивая его ужимки и какой-то уж чересчур странный юмор. Несмотря на все полученные мной знания, японский юмор и местная культура всё равно оставались для меня чем-то далёким и трудно усваиваемым. Хотя и не то чтобы это было проблемой с учётом того, что у меня пока что не было никакой возможности выйти хотя бы за пределы своей комнаты, что уж о том, чтобы с кем-то переговорить…

Стоило мне захотеть, как картинка на телевизоре сменилась. Появился новый канал, показывающий какой-то суд по одному громкому делу, и вот это уже было куда интереснее. Пусть я сейчас и был занят своими собственными разработками, но мне не повредит хотя бы на фоне послушать, чем живут местные. Да и после того, как я с помощью марионеток почти два часа убил на починку, настройку и наполнение проклятой энергией этого телевизора, мне хотелось уж как-то им насладиться.