Но Булганин относился к бывшему наркому НКВД с немалым подозрением, если не сказать больше. Есть любопытное воспоминание Михаила Смиртюкова:

— Вы бы видели, как радовался Булганин, когда Берию расстреляли. Тогда в первый раз после долгого перерыва в Кремле встречали Новый год. В отличие от предвоенных лет встречать 1954 год пригласили очень много людей. Руководители страны Маленков, Булганин, Хрущёв вокруг ёлки водили с гостями хороводы. Булганин неожиданно вышел в круг и начал плясать «барыню». Красиво танцевал! Женщины по очереди выходили плясать с ним, уставали и уходили. А он всё продолжал и продолжал плясать. И это в его 58 лет! Крепкий был мужик. И мне его винить не хочется. Очень уж противоречивая личность этот товарищ Берия. Мне же его разгадывать некогда.

Но существует несколько знаковых моментов, что следует все-таки учитывать. Против меня далеко не дурак, а человек деятельный. Одна его реформа НКВД в государственную Спецслужбу 1939–1941 годов чего стоит. Изменение это заключалось прежде всего в том, что новый нарком решительно покончил с тем прошлым «политическим» НКВД, который был источником потенциальных государственных заговоров и носителем духа «мировой революции», а взамен пересоздал НКВД как чисто государственный орган, выполняющий те задания и решающий те задачи, которые были поставлены перед спецслужбой высшим государственным руководством. Можно сказать, и короче: полудилетантскую организацию, склонную к политиканству и заговорам, Берия преобразовал в профессиональную спецслужбу.

Им же была проведена эффективная реформа архивного дела в СССР. Старые архивисты долго помнили слова Берии о том, что без документов нет архивов, а без архивов нет истории. Еще одна, забытая и неоценённая по достоинству, заслуга Берии — его роль во внедрении в государственную практику СССР междугородной высокочастотной (ВЧ) правительственной связи, надёжно защищённой от подслушивания и перехвата. В целом же не будет преувеличением утверждение, что реформы Берии на десятилетия определили общий облик советских пограничных войск!

Взять хотя бы верные выводы, что задолго до войны сделал нарком внутренних дел товарищ Берия. И заказал для погранвойск столько автоматов, сколько позволяла смета расходов Главного Управления погранвойск НКВД. Преображённые под руководством Берии пограничные войска сыграли в начальный период приграничного сражения не оперативную даже, а стратегическую роль, потому что срыв темпов «блицкрига» уже в первые дни войны имел в перспективе именно стратегическое значение. А именно в этом — в срыве темпов, сбивании с вермахта спеси пограничники сыграли роль выдающуюся, чего от них до войны никто и не требовал, и не ожидал. И ведь еще вечером 21 июня 1941 г. пограничники получили приказ: Занять Оборону!