Не успеваю очухаться от шикарного вида, как мне суют в руки меню. Ну, тут всё просто. Нет идиотского разнообразия в три десятка нерусских блюд.
— Котлеты по-киевски и блины с икрой. И ваш знаменитый салат.
Официант с улыбкой кивает. Салат «Столичный», ставший прообразом советского «Оливье», придумали именно в этом ресторане.
— Что будете пить?
Бросаю взгляд в сторону генерала.
— Коньяк.
Какой — видимо, уже известно.
Разговор у нас получился непредметным. Деловых тем старались избегать. Но некоторые сведения я всё-таки выпытал. И что самое важное — мне сделали предложение посидеть как-нибудь в бане. И вот это уже интересно. Военные пошли на контакт. Кто именно? Разведка или старые зубры из Генштаба? Министром обороны они точно не были довольны — это часто проскакивало. Булганин — временная фигура и с заданием Хозяина не справлялся. Или его задача была иной.
— Как с делами разгребусь, съездим. Слышал о ваших охотничьих хозяйствах.
— О, да вы любитель пострелять, Виктор Семёнович.
Не любитель, но, будучи Брежневым, не раз участвовал. Что поделать — всему научишься. А совместная охота и выпивка сближает. Как и общение с женщинами. Вот эта молодая блондинка мимо нашего столика уже не раз проходит. И что-то внутри каждый раз полыхает.
Всё разъяснилось в момент, когда я отошёл «проветриться». Блондинка ждала меня за колонной.
— Витя, ты меня совсем забыл? Как же так?
А она эффектна! Белокурые, средней длины волосы, смешливое по-юношески личико, вечернее платье смелого красного цвета. Напоминает голливудскую звезду или косит под неё.
— Тебя разве забудешь, Маша.
Ого, как сердце у Абакумова забилось! Мне кажется, я начинаю терять самообладание. Уф!
— Надолго тут?
— Да… нет.
— Мы так давно не виделись. Может, ты снимешь нам номер и закажешь шампанское?
Что это ещё за сексуальный привет из прошлого? Внезапно нутряной я в этот раз взял верх.
Глава 8 Октябрь 1948 года. Первым делом мы испортим ракеты. Ну а девушек? А девушек потом!
Утро похмельным не вышло. Могучий организм Абакумова переварил то небольшое количество выпитого коньяка и ночное шампанское. Но всё-таки он изрядная скотина. Назаводил любовниц, а мне теперь расплачивайся. Вчера не смог устоять, договорился с охраной. Той не впервой: начальство отдыхает! Затем позвонил Антонине, что, мол, вызвали на работу. Она будет помалкивать в любом случае. Чую, что у Виктора существовал с ней некий договор. Да я и так постоянно в эти месяцы с ней. И в постели мы почти всегда вместе. И не просто лежим. Видимо, она даёт ему иногда «выпустить пар». Но это реальная болезнь. Вседозволенность с откровенной распущенностью. Хотя последняя этой ночью уволокла меня в кровать безапелляционно. Попробуй тут устоять перед такой красоткой, которая знает себе цену.