— Как ваши дела?

— Отлично! А твои?

Рассказал маме о ходе съемок, о проблемах с деточками и средствах их преодоления, о доме и кормежке («сын, ты хорошо кушаешь?»), о полезности Люды.

— Значит, я не зря просила ее присмотреть за тобой! — Хихикнула мама.

Вот оно что!

— Она бы и так присмотрела, — Хмыкнул я.

— Да, она хорошая женщина, — Согласилась мама, — Но так мне немножко спокойнее! Ты тренируешься, Иоши-кун? — Строго спросила она меня.

— Совсем расслабился, — Признался я, — Ничего, с завтрашнего утра снова начну хотя бы бегать.

— Придется наверстать на выходных! — Зловеще пообещала она, — Мой отец кипит от энтузиазма!

Отстой!

— Мама, это братик? — Раздался вдалеке голос Чико.

— Да. Не забывай звонить, Иоши-кун! — Попрощалась она и передала трубку сестренке.

Немного повысил ребенку самооценку, рассказав о гайдзинских детях — с ней и Сатоши на съемках «Проклятия» таких проблем не возникло. С поправкой на «любительскость», конечно. Девочка тоже попросила меня звонить почаще, я пообещал, и мы попрощались. Батя, похоже, не дома, поэтому со звонком пролетает. Словами мамы Хомуры — «А вдруг ты занят?».

Включил компьютер, достал мануал — пора осваивать эффекты. В идеале хотелось бы получить возможность «пилить» в Кьюбейсе внятный эмбиент. Просидел часа три, и понял, что мне грустно и одиноко. Так уж получилось, что последнее время я практически не остаюсь один — все время меня кто-нибудь, да сопровождает. А тут — за окном дождик, в комнате полумрак, древний комп ревет вентиляторами, и совсем никого рядом с Иоши.

Словно услышав мою мысленную мольбу, «матрица» спроецировала стук в дверь. Открыл и увидел Николь — в джинсах и синей футболке, с бутылкой колы и стаканами в руках.

— В гости? — Улыбнулся я ей.

— В гости! — Улыбнулась она в ответ.

— Прошу! — С поклоном посторонился я.

— Благодарю! — Поклонилась она в ответ и прошла внутрь.

Уселась на невостребованный в отсутствие Люды стул, налила газировку. Грустно — я бы сейчас выпил чего покрепче. Да еще и в такой-то компании!

— Значит, вот так ты свои песни пишешь? — Ткнула она пальчиком в монитор.

— Это только в последнее время, — Уселся рядом, хлебнул газировочки, — Обычно — играю руками и делаю «ту-ру-ру»!

Кидман хихикнула:

— Даже не представляла, что с помощью «ту-ру-ру» можно написать такие замечательные песни!

Песни Масафуми-сана сегодня играли за обедом и ужином, к огромному удовольствию всех присутствующих.

— Пока не попробуешь — не узнаешь! — Улыбнулся я.

— А это что будет? — Кивнула на компьютер.

— Промежуточный саундтрек, — Пояснил я, — Вот под это Тильда идет в тумане!