— Уже отдал приказ, — военный министр хмуро улыбнулся. — Ждём гостей.

Я кивнул и не заметил, как зал погрузился в гул обсуждений. Карты с отметками войск и укреплений расстелили на столе, превратив его в подобие военного штаба. Руслан Суворов, опираясь на карту Урала, чертил линии обороны жесткими движениями:

— Голицын попытается перерезать Транссиб. Без железной дороги Сибирь окажется в блокаде. Здесь, — он ткнул пальцем в узкое горное ущелье, — разместим артиллерию. А здесь заминируем перевалы.

Борис кивнул, лицо его напоминало каменную маску. Лишь дрожь в уголках губ выдавала ярость:

— Отправьте в Челябинск гвардейские полки. Пусть встречают «гостей» по-царски.

— А если маги смерти прорвутся? — спросил Андрей, просматривая в планшете срочные донесения. — Мои верные соглядатаи пишут, что Голицын смог собрать небольшую армию. Обычные маги против некромантов — мясо.

— Не обычные… У нас тут неподалеку есть охотники! — я провел рукой над картой, и синеватые руны вспыхнули вдоль границ. — Каждый отряд — это полноценное звено сильных и опытных магов. Их комбинированные щиты выдержат любой удар. И потом… — я сжал кулак, и руны сгустились в кроваво-красные точки. — Мы усеем все наши рубежи ловушками…

Орловский хмыкнул, разглядывая магические метки:

— Ты всё продумал, мой мальчик. Но Голицын не дурак. Он ударит туда, где мы не ждем.

— Ждем. — Глеб встретил его взгляд. — Его цель — я и наследники престола. Пока меня не будет, он начнет метаться между фронтами, что поделят наследники Николая. Но стоит вам объединиться в единый кулак…

— Он бросит все силы на нас, — закончил Борис. — Значит, ты смело можешь нас покинуть, мы выиграем время. Нам хватит сил и сноровки.

Суворов, глянув в экран своего планшета, вдруг ударил кулаком по столу:

— Не хватает воздушной разведки! Авиация Голицына уже патрулирует границы. Наши самолеты можно пересчитать по пальцам!

— Значит. — я выдернул из ножен кинжал и воткнул его в центр карты. Лезвие вспыхнуло белым пламенем. — Нужно готовить диверсионную операцию! Пусть самые отчаянные души устроят в тылу врага хаос. За каждый уничтоженный самолет платите полновесным золотом! Не забывайте про агитки и памфлеты. Война будет вестись не только на поле боя, но и в умах людей!

На секунду в зале повисла густая тишина. Затем прозвучал робкий голос Седого:

— Есть у меня друзья из творческой интеллигенции… Могу привлечь к работе.

— Нам пригодятся все.

— Но Глеб… Когда ты вернешься? — спросил меня дед.

— Не знаю. Постараюсь вернуться быстро. На кону империя. — я повернулся к выходу. — Остальное решайте без меня. Я в вас верю.