— Сразу расстреливайте и дело с концом! — буркнул Горчак. — Признаюсь, что хотел убить товарища Сталина.

— О! Сёма, Сёма, ты хочешь так легко уйти? Лёгкую смертушку еще заслужить надо! Нет, ты нам всё расскажешь, кто тебя надоумил покушение на товарища Сталина совершить, кто оружие дал, кто обучил стрелять. Ты же в Гражданскую не воевал? Мал был. Сколько тебе? Двадцать шесть лет?

— Я убеждённый троцкист! Я считаю товарища Сталина главной опасностью и предателем дела революции!

— Ну вот видишь, Сёма. Как ты заговорил. А почему на съезде не взял слово, не выступил с обличающей товарища Сталина речью? Сказал бы это товарищам по партии, если ты прав. Тебя бы поддержали.

— Издеваетесь? Сюда отбирали только преданных сталинистов.

— Но ты-то попал, да не только ты… Вона сколько людей вывели из зала. Да не всех, как я вижу.

— Я запасной вариант. Это… если бы не поверили, что Сталин был агентом охранки…

— Так он не был агентом охранки! И что?

— Если бы съезд поверил Сталину, тогда я должен был и воспользоваться револьвером.

— И ты решил им воспользоваться?

— Решил! Я должен был это сделать! Вы ничего не понимаете! Он страшный человек! Да и человек ли он — я не знаю! Они всех вас сожрёт! Каждого! Это вы сейчас голосуете за него, тянете руки, а потом вас всех — под трибунал и в крематорий! Всех! Никого не пожалеет!

— Уууу, батенька, да ты решил под сумасшедшего закосить, извини, не выйдет. Всё равно расколоться придётся.

— Я знаю! Я точно знаю! Мне сон был! Вещий!

— Ну вот что, вещий Олег ты наш, кончай под дурку косить. Разговор у нас будет длинный. Очень длинный. И имена ты назовёшь. Потому как они нас очень-очень интересуют. И что тебе мешало жить? На работе на хорошем счету? Происхождение — самое что ни на есть пролетарское. Живи и работай! Так что, будешь пургу нести про голоса в голове? Так никто тебе не поверит. Ладно, считай, что знакомство у нас с тобой состоялось. Ну а сейчас тобой займутся другие товарищи.

— Бить будете…

— И бить в том числе. А ты что думал, тебе конфетку выдадут за попытку убийства товарища Сталина. Правда, ты и без пыток нам всё расскажешь. Поверь мне, мы умеем правду узнавать, так что будь другом, облегчи мне задачу. Расскажи всё ребятам сам, добровольно.

— Я пыток не боюсь!

— И зря, Сёма, поверь мне, зря!

* * *

— Товарищ Сталин, сотрудником НКВД Михалёвым в ходе обследования Большого театра в мужском туалете была обнаружена закладка — револьвер системы Наган с патронами. Револьвер был оставлен на месте, патроны заменены на фальшивые, без пороха. За закладкой установлено наблюдение. Девятого ноября в десять часов тридцать три минуты в кабинку зашел делегат съезда с совещательным голосом Семён Григорьевич Горчак, двадцати шести лет. Год назад стал членом ВКП(б). Год кандидатского стажа. Рекомендации получил от старых партийцев, рабочих своего предприятия. Характеризуется как хороший работник, активно участвовал в партийной жизни предприятия. Семьи нет. Женат не был. Родители погибли от тифа в Гражданскую. Воспитывался в детском доме, потом пошел работать, получил специальность электрика. Но вот как он попал в делегаты съезда — странная история. Есть списки делегатов, первоначально его в этих списках не было. Но вот буквально накануне произошла корректировка списков, так Горчак попал в число делегатов с совещательным голосом.