— Всё очень просто, был бы жив Куйбышев, мог бы возглавить. А Смирнов не тянет. Я уже думаю, что на это место надо Межлаука возвращать, он более компетентный товарищ. На должность руководителя спецкомитета нужен человек с солидным авторитетом, и в партии, и в народном хозяйстве, ты — подходишь! Тем более, с твоим-то опытом! Не вижу, кто может у нас в стране с этой работой справится, даже Берия для такого проекта мелковат.

Последняя фраза Орджоникидзе пришлась по душе. Что не говори, а тщеславие присуще человеческой натуре. И дальше разговор перешел на совершенно спокойные деловые рельсы. Серго хорошо понимал, какой объем задач предстоит выполнить и какие материальные и финансовые ресурсы будут находиться в его распоряжении. Это была возможность укрепить свое положение в партийном руководстве, щелкнуть по носу недоброжелателей, сделать важнейшую работу, которую мало кто в стране может осилить. А такие задачи он любил.

* * *

Москва. Кремль. Кабинет Сталина

3 августа 1935 года

Руководительница отдела биохимии микробов, который не так давно вошел в состав Всесоюзного института экспериментальной медицины им. А. М. Горького при Совете народных комиссаров СССР, Зинаида Виссарионовна Ермольева опаздывала. Ее вызвали на совещание к Сталину, а она засиделась на своем рабочем месте, не могла оторваться от очередного эксперимента, который проводили под ее руководством сотрудники отдела. Хорошо, что ей напомнили, что она имеет все шансы опоздать. И даже выделил транспорт, что было весьма неожиданно. С руководством института Ермольева находилась не в самых лучших отношениях — и всему виной ее неуступчивый и принципиальный характер. Институтский водитель, угловатый мужчина с аккуратными усиками под бледным лицом с кругами недосыпа под глазами мчался так быстро, как только мог. Зинаида и хотела пару раз посоветовать ему придержать машину, не рисковать, но поняла, что просто боится и слово сказать, лучше шофера в такой ситуации не отвлекать от дороги — может дорого обойтись. Надо сказать, что нужное время Степан Кондратьевич сумел отыграть. Даже пройдя три этапа проверки документов, она вошла в приемную Сталина, как ей казалось, вовремя. Но Поскребышев ее огорошил:

— Проходите, Зинаида Виссарионовна, вас уже ждут.

Вот так номер! Неужели все-таки сумела опоздать? Тяжело вздохнув, она вошла в кабинет и сразу же натолкнулась на двух посетителей, которые расположились за столом, внимательно наблюдая за тем, как вождь раскуривает трубку. Вот только лицезреть личности этих двух приглашенных товарищей для Зинаиды стали полнейшей неожиданностью: это были ее мужья. Ой, простите! Конечно, никаким многомужеством тут и не пахло. Просто по левую руку от вождя восседал ее бывший муж, Лев Александрович Зильбер, с которым Зина совсем недавно рассталась, тем более что он весьма оперативно женился на Валерии Петровне Киселевой. По правую руку от вождя расположился друг Левы Зильберта, известный эпидемиолог, Алексей Александрович Захаров. Надо сказать, что Леша был Зинаиде весьма симпатичен и у них после ухода Левы стали развиваться отношения, правда, замужеством для нее пока что не пахло, но лиха беда начало![1]