С начальником ЭВМ (никогда не думал, что бывает такая должность), тридцатилетним молодым специалистом Василием Петровичем, мы давно перешли на «ты». Теперь он с гордостью хвастался перед нами своей «прелестью». Немалая толпа из полутора десятков его подчиненных, по большей части девушек-операторов и прочих непонятных мне работников, изображала массовку, внимала, так сказать, моменту[206] .

Техника внушала уважение. Зал с пятиметровым потолком площадью квадратов на сто. На высоких окнах непривычные попугаистые шторочки в крупный цветочек. Между стекол рам поставлены массивные решетки. В центре, как трон великана, возвышался главный пульт компьютера. Star Trek отдыхает — БЭСМ-4 намного круче. Широченный стол, на который сверху поставили подиум из наклонных панелей с длинными рядами тумблеров и лампочек. Приятный кремовый цвет резко контрастировал с неприятными зеленоватыми стенами. За всем этим великолепием с суровым видом надзирал целый инженер, в помощь ему заботливо выложили под оргстекло вдоль передней кромки пульта чуть ли не десять листов инструкции. Надо всем этим витали звуки — фонящий шум вентиляторов и непрерывные слабые щелчки контактов многочисленных реле.

Справа стоял нелепый приставной столик, на нем отбивал дробь уже знакомый Consul. За пультом, метрах в трех, высились два здоровенных металлических шифоньера. Как понял, это и была сама ЭВМ. Слева виднелась стойка с толстыми магнитофонными бобинами, сзади примостились массивный железный ящик строкового печатающего устройства и что-то для ввода перфокарт. Вдоль окон в ряд примостилось еще что-то тяжело гудящее, отдаленно напоминающее столовские мясорубки, наверное, это были магнитные барабаны.

Привычного «плиточного» фальшпола не имелось, зато по периметру, как раз под установленной техникой, виднелись крышки «подпольного» кабель-канала. Судя по толстым пучкам, выходящим наверх, на меди тут не экономили. Один из щитов настила подняли, внутри… все оказалось выстлано медной фольгой, к которой через каждые полметра были припаяны оплетки многочисленных коаксиальных кабелей без внешней изоляции как тонких, так и толщиной в средний палец. На заземление коммуникаций в СССР ресурсов не жалели, делали так, чтобы работе не помешал даже близкий ядерный взрыв.

От созерцания отвлек Василий:

— Петр, знаешь, эта машина делает двадцать тысяч операций в секунду! — от такой откровенной рекламной штамповки у меня чуть перекосилось лицо, но Василий этого не заметил и продолжил воодушевленно: — Нет, представь только!

— Неплохо, — я мучительно пытался приветливо улыбнуться, — но для серьезных задач этого мало.