…Первым разочарованием стали пластики. С ними в СССР все было непросто. Применялись в основном военными, авиаторами, ракетчиками и, как ни странно, при строительстве подводных лодок. Но никому из заказчиков не нужна была особая упругость. Плюс ко всему исследования, как водится, были повально засекречены. В сочетании с полной материальной незаинтересованностью это давало убийственный результат.
За месяц мы изготовили не менее десятка прототипов, но ни один даже не приблизился к требуемым прочности и гибкости. Творческие комбинации синтетических нитей, способы их укладки, сердечники из разных пород дерева… Все было без толку: или появлялись трещины, или обнаруживалась каменная твердость. Как вариант возникало и то, и другое одновременно. Но ведь оригинальный «Burton» мог сгибаться едва ли не в «колесо», и это без малейшего вреда для себя.
От расстройства повесил задачу по математическому моделированию на «научный» отдел в лице двух Иванов и выставил на стенд «Требуются» вакансию химика-технолога. Сам целиком погрузился в текучку, благо, ее всегда было с избытком.
Глава 7 Борьба за космос
Новогодний прием в Кремлевском дворце съездов. Зал оказался здоровенным, столы заставили яствами так, что подкашивались ножки. Справа, поперек, стоял стол для ЦК, а перпендикулярно, в три длинных шпалеры — для остальных. Молчаливые мальчики за стульями, все чисто вымытые, с прическами на пробор и салфетками, готовы были налить, подать, вынести… Оживленное харчение сопровождалось редкими возгласами одобрения с главного стола. Для разминки принесли фаршированного судака, миногу и крабов, лососину, севрюгу в соусе, форель в белом вине, ассорти из птицы и дичи, шашлык из оленя, салат из капусты, оливье с крабами и перепелиными яйцами, разнообразные соленья на любой вкус. Красную и черную икру подавали в плошках, охлажденными на льду. На горячее вынесли фаршированного осетра, поросенка, индейку[151] .
Одна здравица неторопливо сменяла другую, зал вяло хлопал выступающим. Рутина советской партийно-государственной гулянки. Развлечений немного. Артистов или певцов, как при Никите, на этот раз приглашать не стали. Разве что устроили танцы, больше похожие на соревнования в нарядах между женами и дочерьми номенклатурных работников. Разговаривали о жизни, делах, иногда политике. Обычный круговорот небольших пестрых компаний, на первый взгляд походивший на беспорядочное движение. Но если приглядеться, можно было увидеть звезд первой величины, за которыми тянулся целый шлейф друзей, почитателей или тайных соперников, просителей, просто желающих лишний раз попасть на глаза.