Требовались профессиональные менеджеры с немалой пробивной силой. Пусть ЦК объявит призыв среди коммунистов, если ума недостает внедрить нормальный капитализм. Или проще — пусть набирают сразу тройной штат рабочих. На фейс-контроль перед «чистой комнатой» пусть ставят пограничников, дают им винтовки с примкнутыми штыками и голодных до блондинок овчарок. На каждых трех девушек — один надзиратель по линии КГБ, второй — по научной линии. И на пяток мужиков те же нормы. Шаг в сторону от инструкции — считается побегом от премии. Два — заявлением об увольнении. Прыжки на месте — провокацией с занесением в личное дело[224] .

Вовремя в бок толкнули, а то бы в мечтах так и свалился под стол.

С остальными элементами будущих электронных часов все было проще. Вакуумный люминесцентный индикатор с семисегментными цифрами Авдеев у себя в лаборатории повторил уже через три дня. А через месяц передал документацию на серийный завод. Еще успел, пользуясь покровительством Шелепина, в извращенной форме надругаться над обидевшей его пяток лет назад «Светланой». Так что, десяток экспериментальных образцов индикаторов еще с января лежал у меня в сейфе, и производственники клялись сделать первую партию до конца месяца. На случай, если серийщики провалят сроки, ребята Авдеева штамповали «цифры» по три-четыре десятка в день на фондах и по заказу НИИ «Интел».

Корпуса часов «made in Vietnam» были уже давно готовы, не зря Шелепин в январе отдыхал в Юго-Восточной Азии. За поставляемые из СССР ракеты их могли делать в бесконечных количествах, причем очень приличного качества. У меня имелись подозрения, что корпуса подгоняли под образец вручную, не торопясь, в рамках национального проекта имени Хо Ши Мина. Так или иначе, но ободок, отформованный из распаренных волокон бамбука с каплей клея, в собранном виде имел пропорции «растолстевшего» четвертого iPhone, и часы должны были стоять на его длинной боковой стороне. При этом ободок делался разъемным по горизонтали и состоял из двух половинок в виде букв «С», которые стягивались одна к другой вдоль коротких сторон парой внутренних болтов. Последние имели короткую «саморезную» резьбу, но толстый длинный стержень, так, чтобы его было удобно вставлять и закручивать снаружи.

Изнутри по периметру изделия из бамбука специально предусмотрели четыре прорези. В крайние вставлялись два матовых, тонированных в таинственный серебристо-желтый цвет закаленных стекла. Между ними шли стеклотекстолитовая плата с напаянным люминесцентно-вакуумным индикатором, парой залитых компаундом микросхем, кварцевым генератором, регулировочными потенциометрами и тремя десятками обычных элементов. Сбоку торчали штырьки настройки времени, прикрытые специальными бамбуковыми крышечками. Внешне все до смешного просто, даже примитивно. Почти как в RAVчике. Только микросхем две плюс добавлен ряд транзисторов П104 усилителя сегментов «цифр», не смог пока Авдеев уложить напряжение в японские нормативы восьмидесятых.