— Мы работаем в похожем направлении. — Алферову потребовался всего один взгляд. — А откуда это у вас?

Вместо ответа мой спутник привычно предъявил красную книжечку удостоверения. Против ожидания Жорес откровенно обрадовался.

— Значит, этим всерьез занимаются! А говорили неперспективно, невозможно, бессмысленно! Сейчас точно не закроют мое направление!

— Работают… — Я чуть помедлил. — К сожалению.

— Это из США, да? Еще что-то, кроме идейных набросков? Не может ведь быть, чтобы вы пришли только ради этого!

Тянуть особого смысла не было, я кивнул Анатолию. Он вытащил из кармана небольшую опечатанную коробочку и раскрыл ее, обнажив полудюжину малюсеньких квадратиков полупроводниковых лазеров и столько же фотоприемников. Бросил взгляд по сторонам, но не нашел ничего лучшего, кроме как поставить «сокровище» на грязный подоконник, между прожженными пятнами от сигарет и шелухой от семечек. Куда делся хитрый красавчик! Алферов буквально упал коленями на туалетный пол и впился взглядом в крохотные кубики. Только через минуту к нему вернулся дар речи.

— Можно?!

— Да, — мне хотелось рассмеяться, но на фоне такой искренности это показалось кощунственным, — можно не только смотреть, но брать и исследовать.

— Они работают?

— Вполне, напряжение около полутора вольт, а вот ток… — Я замялся, не говорить же, что забегался и забыл заказать нужную технику. — В общем, измерить не смогли, приборы для этого месяц ждали, и все равно…

— Что-то еще известно? Охлаждать нужно? Сколько у прибора времени непрерывной работы?

— Ничего особенного, проработать должен лет пять.

— Сколько?! — Волосы Алферова, и без того зачесанные вверх, встали дыбом. — Секунд пять?

— Нет, несколько лет, до заметной деградации, — пояснил я и поправился: — Но это в импульсном режиме, не постоянно.

— Так… — Жорес крепко держал коробочку уже двумя руками, хвататься пальцами за элементы он, вероятно, считал кощунством. — Можно их попробовать? Прямо сейчас?

— Why not? — не удержался я от старой хайнлайновской шутки[273] .

— Но только в нашем присутствии! — вмешался, как всегда, Анатолий. — И не надо об этом кому-либо говорить.

В общем, за два оставшихся часа Жорес успел убедиться в работоспособности вытащенных из SFP элементов, жутко удивиться их возможностям и, насколько я понял по заполненному всякими символами и графиками листочку бумаги, начать строить революционную научную теорию. Процесс пошел, можно было со спокойной душой возвращаться домой. Сделать больше по этой теме я все равно оказался не в состоянии[274] .

Однако вопросы на этом не кончились.