Я выбежала из ресторана, но его слова врезались в память. И его поцелуй тоже.

Две недели я пряталась. Приходила раньше всех, уходила позже, обедала в парке, чтобы не встречаться с ним в столовой. На его звонки не отвечала, на записки не реагировала. Я превратилась в тень. Но он не давил. Он выжидал. Каждый день, проходя мимо его кабинета, я чувствовала его взгляд сквозь стекло — голодный, терпеливый, уверенный. Я знала, что он ждёт моего шага.

В пятницу, в начале девятого вечера, когда офис опустел, мой телефон зазвонил. Внутренняя линия. Я не взяла трубку. Он позвонил снова. И снова. На четвёртый раз я нажала «ответить», и его голос прозвучал жёстко:

— Зайди ко мне. Немедленно. Я знаю, что ты здесь.

Я хотела отказаться, но он добавил:

— Я поднимусь сам и приведу тебя за руку. Выбор за тобой.

Я не знаю, что толкнуло меня в его кабинет. Страх? Любопытство? Или та самая запретная тяга, которую я отрицала все эти недели? Я вошла без стука. Он стоял у окна, спиной ко мне, в расстёгнутой рубашке, закатанной до локтей. Комнату освещала только настольная лампа, создавая полумрак. Он медленно повернулся, и я увидела его глаза — дикие, первобытные, горящие. Он смотрел на меня так, будто голодный зверь загнал добычу в угол.

— Ты пряталась, — сказал он, делая шаг ко мне. — Но ты не можешь убежать от того, что между нами.

Я попыталась возразить, но он перебил меня поцелуем. Грубым, требовательным, без права на отказ. Я упёрлась ему в грудь, но мои руки ослабли, когда он подхватил меня и усадил на край своего массивного стола. Бумаги разлетелись, ручка упала на пол. Я оказалась в ловушке между его телом и деревянной поверхностью. Он рвал пуговицы моей блузки, прижимался ко мне бёдрами, и я чувствовала, как он возбуждён. Мои трусики намокли от желания, хотя разум кричал: «Остановись!»

Он раздвинул мои ноги и встал между ними, расстёгивая ремень.

— Ты хотела этого с первой секунды, — прошептал он мне в губы. — Признай это.

Я не могла говорить. Только чувствовать, как его руки скользят по моей коже, срывая трусики, как он направляет свой член к моему входу. Я зажмурилась, когда он вошёл — резко, глубоко, заполняя меня до основания. Боль смешалась с удовольствием, и я вцепилась в его плечи, боясь упасть.

Он двигался жёстко, быстро, не давая мне привыкнуть. Я чувствовала, как его пальцы сжимают мои бёдра, как его дыхание сбивается. Я кончила с криком, который он заглушил поцелуем, и моё тело содрогнулось. А он продолжал, пока не излился внутрь меня, тяжело дыша и уткнувшись лбом в моё плечо.