В девять утра я стояла у дверей «Гордеев-холдинг» с трудовым договором в сумке и чувствовала, как внутри всё сжимается от предвкушения. Вчерашнее собеседование до сих пор отдавалось в кончиках пальцев — его рукопожатие, его дыхание на моей шее, его насмешливый голос, обещавший, что «будет интересно». Я дала себе слово: никакой игры. Я здесь, чтобы работать, зарабатывать деньги и строить карьеру. А он — всего лишь босс, пусть и с внешностью греческого бога, сошедшего с подиума.
Лифт поднял меня на седьмой этаж, где располагался юридический отдел. Встретила меня секретарша Наташа — женщина лет сорока с уставшим лицом и тонной лака на волосах. Она окинула меня взглядом с головы до ног, задержавшись на моей блузке (той самой, лёгкой, потому что в Москве стояла невыносимая жара), и скривилась.
— Так, значит, ты та самая новенькая, которую Роман Сергеевич взял без рекомендаций, — сказала она с лёгким презрением. — Ну-ну. Твой кабинет — четыреста седьмой, прямо напротив его. Стеклянный. Он будет видеть каждое твоё движение.
Я улыбнулась самой милой улыбкой, на которую была способна.
— Прекрасно. Значит, я тоже буду видеть каждое его движение. Взаимность — залог здоровых отношений.
Наташа фыркнула и ушла, оставив меня одну перед стеклянной клетушкой. Кабинет оказался крошечным — стол, стул, компьютер и пластиковый стеллаж для папок. И огромное стекло, выходящее прямо в приёмную, а за ней — дверь Романа Сергеевича. Удобства никакого, зато обзор, как в аквариуме.
Я не успела даже достать ноутбук из сумки, как внутренняя связь на столе ожила, и его низкий, чуть хриплый голос раздался в динамике:
— Соня, зайди ко мне. Немедленно.
Я вздохнула, поправила блузку и пошла. Он сидел за своим огромным столом и даже не поднял головы, когда я вошла — только ткнул пальцем в стопку бумаг.
— Вот. Договор с «Альфа-Строй». В нём три ошибки, которые наши юристы пропустили. Найди их и переделай к десяти. Время пошло.
Я взяла папку, пробежала глазами первые строки и мгновенно увидела одну из них: неверно указан расчётный счёт. Вторая — просроченная дата подписания. Третья — отсутствие пункта о неустойке.
— Роман Сергеевич, я исправлю это за десять минут, а не за час, — сказала я, поднимая на него взгляд. — Но зачем вы мне даёте работу, которую мог бы сделать стажёр? Вы проверяете, способна ли я копировать?
Он наконец оторвался от монитора и посмотрел на меня. В его серых глазах заплясали чёртики.
— Проверяю, способна ли ты делать то, что говорят. Мне нужны юристы, которые выполняют приказы, а не спорят. Но раз ты такая умная, я дам тебе другое задание. Садись и пиши.