К демону, как ночные бабочки на огонек, сбегались латники. А вот пажи и пехотинцы разбегались, крича в ужасе. В этой суматохе демон успел подскочить к одному из мужиков с большим ростовым щитом и обрушить на него удар сверху. Удар по исполнению, был не плох, но и не хорош. Опираясь на экспертное суждение Магна — удар самоучки, но у самоучки была большая практика. Разница как у хорошо поставленного удара профессионального боксера и деревенского бойца на дискотеке. И там и там результативность может быть близка, но профессионал увидит пробелы в технике, и презрительно скривит губы, как я сейчас.

Кривить губы я поторопился — дубина взломала прочнейший щит, предназначенный для того, чтобы выдерживать таранный удар тяжелой кавалерии. Как кувалда могла бы развалить лист гипсокартона. Во все стороны аж куски полетели. Щитовик посмотрел на оставшиеся висеть на руке обломки, завизжал и кинулся прочь. Демон зарычал, начал бить себя в дощечку на груди кулаком, как обезьяна. Красовался в общем.

И получил удар боевой киркой по роже. Прямо хороший такой удар, с разворота. Я тяжело вздохнул — из-за бегущих мне на встречу пажей и пехотинцев, я замешкался и не успел. Походу, забили краснокожего без меня. Но дальнейшее меня удивило.

Боевая кирка создана чтобы крушить и сминать стальные доспехи. Кости и черепа она громит, как молоток глиняные горшки. И заметив, как Кирка своей киркой ударил демона, я даже смотреть туда перестал на секунду. Потому как точно знал, что произойдет — демон с копыт, то есть с носочков, брякнется, выронив челюсть. Ну, может сначала выронит челюсть себе на ладони, а потом брякнется. Но через секунду, когда я на него посмотрел, вишневый черт по прежнему стоял. Только рожа повернута в сторону. А потом, пользуясь секундной заминкой — не только я решил, что с ним покончено — демон резко взмахнул дубиной, снося Кирку с киркой. Смел, как метлой. Кирка отлетел в сторону и покатился по мостовой, звеня кольчугой и гремя латами.

Демон злобно посмотрел в его сторону, вытер рукой выступившую на губах кровь, вполне человеческого цвета, и сплюнул зуб. И глухо зарычал, как здоровенный пес. Выглядел он при этом максимально брутально. Но не для таких психопатов, как Магн и остальные латники.

— Мы пустили ему кровь! — радостно заорали рядом.

На самом деле это очень верное замечание. Тварина получила урон а мы — зримое доказательство его уязвимости.

Вокруг раздались боевые кличи семей и городов, и латники разом вскинули свое оружие. Демон завертелся. Двигался он быстро, но недостаточно — увернувшись от удара алебардой, он шуганул латников взмахом своей дубины, заставив их отшагнуть назад. Развернулся и в последний момент отбил выпад боевым молотом, нацеленный шипом ему в глаз — владельцу молота чуть-чуть не хватило скорости, что не удивительно, учитывая вес его оружия. Зато от ответного удара демонической дубины латник легко ушел, разорвав дистанцию. Демон зарычал, поднял дубину над головой двумя руками и тут то я до него и добрался.