Он высек искры из своего оружия еще пару раз, и тут вдруг вспыхнул факел. Только в неровном свете пучка из прутьев и травы я наконец узнал говорившего. В основном, благодаря приметному шраму на бандитской роже — сама рожа, в тусклых красноватых отблесках факела, была похожа на зловещую маску. Это был горец, встреченный мной однажды у ворот Караэна.

— Ласло? — удивился я.

— Лардо! — рявкнул горец. — Я повторяю своё имя только один раз, караэнец! Ну что, Магн Итвис, давай сюда золотой дукат. Или два.

— Дукат? Даже два, — сказал я, слегка заплетающимся от ярости языком. Замолчал, глубоко дыша. Злость, которая поднялась во мне на себя, теперь нашла новый объект в виде горца. И сейчас буквально кипела, разрастаясь внутри. Я терзал рукоять фламберга. Разрубить этого, да и любого встреченного мной урода — в принципе можно. Это буквально, у меня в опциях. Как раньше у меня были варианты сказать «Привет» или «Добрый вечер». Сейчас добавился вариант «Рубануть фламбергом по наглой роже». Я могу! Я Итвис, мать вашу! Я подозреваю, что могу проткнуть даже члена городского совета. И первые пару раз мне сойдет это с рук, я уверен в этом. А тут всякая оборванная мразь будет меня на гоп-стоп брать? — Искренне тебе сочувствую.

— Сочувствуешь? — переспросил Лардо. Возможно горец не знал это слово. Но мне было все равно.

— Ну, раз дела твои так плохи, что ты побираешься по ночным дорогам, как старая шлюха с заросшей дыркой.

Насколько я помнил по нашему прошлому разговору, горцы очень носятся со своим чувством собственного достоинства. Что остается, когда больше терять нечего? Только беречь, что осталось. Лардо проняло. Он застыл, как изваяние. Я тихонько потянул меч из ножен, слыша как сзади скрипит дугой мой арбалет — Сперат кряхтя, взводил свое оружие. Горец резко дернулся, запрокинул голову назад и захохотал.

И ему вслед раздались, не очень натуральные, смешки из темноты. Как минимум, ещё трое обладателей сомнительных актерских данных прятались в темноте вокруг нас. Лардо резко оборвал смех. Махнул мне рукой, приглашая следовать за ним. Спустился со склона на тропу и, не торопясь, пошел по ней впереди нас.

Сегодня я опять был на Коровиэле… Если я правильно помню его имя. Я как-то привязался к этому коню. Коровка всегда вел себя так, как будто точно знал, что надо делать. Мне нравилось в нем эта черта. Черта настоящего лидера. А я старался перенимать у окружающих лучшее. Вот и сейчас, Коровка подо мной фыркнул и двинулся вслед за горцем.

Я мысленно пожал плечами и отпустил ситуацию.

— Я не прошу милостыню. Я надеялся на подарок. Я ведь запомнил твое имя. Но время не пощадило тебя с нашей последней встречи, Молодой Змей. Ты стал жадным и злым. Я забуду твоё имя, — в голосе Лардо прорезалось раздражение.