Логосоны начали сжимать кольцо вокруг нас, но их ритм сбился — хвосты били по земле не в унисон, а вразнобой, и мысли в голове стали мешаться.

Отдай бурдюк.

Мы уйдём.

Ты получишь золото.

— Сеньор… — рядом оказался Дукат, челюсти сжаты, но голос странно ровен. — Они торгуются.

Готов взять золото от любого, кто предложит. Отвечать я не стал — увидел поблизости крупного, узнал его по серебристому отливу. Два шага, выпад — но непривычное руке копьё повело в сторону, и я угодил ему не в глаз, куда целился, а в покрытое мехом плечо. От удара зверька развернуло, и он, вращаясь, кубарем отлетел в сторону.

Будь на его месте человек, это бы что-то изменило: кто-то попытался бы пробиться ко мне, защищать, пока я не встану, кто-то — бросился бы бежать.

С этими всё было не так — в моё копьё тут же вцепился лапами соседний. Они не пытались таранить или кусать — они пытались схватить и утащить к воде. Он не был особенно силён, но — на удивление — быстр. Я выпустил древко скорее от неожиданности. И тут же выхватил Коготь. О да. Странно, что я сразу о нём не подумал.

Мы не мясо. Мы хранители воды.

Похоже, люди стали приходить в себя — вокруг меня мех сменился яркими геральдическими цветами на доспехах и железом. Тут же появился Волок — пыхтя, не обращая внимания, припер мне Крушитель. Похвально. Но я покачал головой и осмотрелся, выбирая жертву для Когтя.

Люди сменили тактику — они старательно пытались отвесить хороший удар своим оружием, а то и пнуть бобров-переростков, всё ещё осторожничая. Но бобрам и этого хватало — они начали сдавать позиции. Их спасала лишь явно магическая способность на короткое время резко ускоряться.

Фарид усмехнулся, хотя капли пота скатывались по его вискам.

— Они и правда могут торговаться. Но не обманывайтесь — они неразумны.

Вода за жизнь. Вы уйдёте. Мы уйдём.

— А если мы не уйдём? — спросил я вслух, но больше для себя.

Один из логосонов — массивный, с хвостом, на котором виднелись бронзовые кольца, словно в него вплавили какую-то корабельную цепь, — медленно вышел вперёд. Он перестал шипеть в голову и заговорил вслух. Голос был низкий, с металлическим скрежетом, будто в нём перекатывали камни.

— Тогда вы останетесь. В нас.

— Как… останемся? — уточнил Сперат.

— Как другие, — и он ткнул хвостом в заросли у кромки озера. Там, между спиралевидными стволами, я заметил тёмные фигуры. Не сразу понял, что это были люди… вернее, то, что от них осталось. Лица втянуты, тела иссохшие, как мумии, но всё ещё стояли — и в пустых глазницах блестела вода.

— Прекрасно, — выдохнул я. — Значит, без сделки.