Впрочем, азарт стал быстро отступать — воздух снова стал густым, появился пряный запах и влажность. К этому добавился неприятный звук — будто огромный младенец «угукал» басом. И не один. Я уже собирался обругать себя за то, что полез в эти дебри, когда вынырнул на открытое пространство.

Вокруг темнели пеньки: лес вокруг водоёма был аккуратно расчищен. И поверхность озера больше не была ровной. По нему шла густая рябь из множества концентрических кругов, в центре каждого — они. Некоторые, видимо дозорные, орали, стоя на кучках древесины или земли.

Огромные головы с мягкими, блестящими ушами и крупными, как у ребёнка, глазами. Мордочки напоминали бобриные, но слишком уж гладкие, почти без шва между шерстью и кожей, словно выточенные из полированного дерева. Хвосты — плоские, будто из меди, с чеканным узором в виде переплетённых букв. Бобры. Большие. Здоровенные, как лопатка, зубы. И покрыты тонкими пластинами брони, как земной броненосец. Ладно. Не бобры. Но похожи.

Один из них вылез на берег и уставился на меня. Массивный, ростом мне по грудь, и смотрел прямо в глаза. Его хвост хлопнул по мокрым камням, и… я услышал голос:

Ты устал. Отдай коня — мы его отведём к воде.

Я не вздрогнул только потому, что привык к странностям Гибельных Земель. Но, судя по тому, как дёрнулся ближайший оруженосец, он уже шагнул бы вперёд, да Сперат схватил его за плечо.

— Логосоны, — тихо сказал Фарид. — А чародей-то тут зачем? Сейчас в голову насрут. Пойте!

Оставь оружие. Мы его починим.

На берег уже выходили ещё — пятеро, шестеро… десяток. Они двигались спокойно, уверенно, вставая полукругом, словно пастухи, загоняющие стадо. Рядом со мной из леса выходили люди и вставали от меня по левую и правую сторону. Фарид держался позади, зато Дукат шагнул вперёд, держа в руке пехотное копьё с длинным, массивным наконечником. Запоздало обернулся на меня — и правильно, у нас тут субординация. Куда вперёд батьки в пекло?

Я захлопнул забрало и, преодолевая удивление, начал осторожно приближаться к говорящим бобрам. Внутри, от куража, хотелось шутить или просто смеяться. Но на ум ничего, кроме «курва», не лезло, а это шутка не для всех.

— Мех их стоит дороже золота, — продолжил Фарид тем же ровным голосом. Похоже, он принял быстрый взгляд назад Дуката на свой счёт. — Не пропускает лишней магии. Но… — он слегка наклонил голову, — если долго их слушать, можно и утонуть.

Отдай коня.

Оставь оружие.

Голоса сменяли друг друга, перетекая один в другой, как струи в фонтане, и я понял, что даже во мне они начинают вызывать странное согласие.