Собственных изобретений и конструкций в наше время ничтожно мало. И это не удивительно. Зачем что-то изобретать, если предки изобрели до нас столько, что нам ещё лет на сто вперёд хватит?

Если в той же электронике мы методом прорыва вышли на уровень развития конца семидесятых — начала восьмидесятых годов двадцатого века, то со всем остальным всё выглядит гораздо более скорбно.

Девяносто процентов станочного парка России пока едва ли тянут на уровень сороковых — пятидесятых годов того же века. В таком же загоне, если не хуже, остаются все дороги и энергетика.

Причина простая и понятная — у нас мало населения.

Более того — почти девяносто процентов мужчин в России — недавние крестьяне или выходцы из крестьянских семей, с весьма условным образованием. В деревнях и сёлах государственные школы всего двух типов — с трёхлетним и семилетним образованием.

Даже у меня в Бережково всего лишь две школы — семилетки и три училища.

Сначала у нас пробовали восьмилетнюю школу открыть, но оказалось, что государственная программа и учебники лишь под семь лет обучения подходят. Дальше знания лучше уже в специализированном училище получать или школе — десятилетке, которые есть только в крупных городах.

У нас же только училища. Там и практика по полдня, и стипендию платят. Последнее важно. Не только для детей. В крестьянских семьях так заведено, что подростки лет с тринадцати — четырнадцати должны приносить пользу своей семье. Вот и получается, что если не будешь платить подросткам стипендию, то и не позволят вчерашние крестьяне своим детям обучаться на фрезеровщика, токаря или радиомонтажницу.

А так, всего лишь год — полтора, и мы получаем из училища работников с уже имеющимся разрядом, пусть и начальным. Но кто им мешает расти. Все дороги открыты.

В Электростали кроме училищ есть ещё два техникума — эти заведения разрядом повыше и обучают там три или четыре года, в зависимости от выбранной специальности. Я бы тоже в Бережково техникум открыл, но с преподавателями в стране просто беда. Ищем.

А теперь у меня ещё и с финансами проблемы.

Главный финансист у меня в Семье — Алёна. К ней я и пошёл со своими вопросами.

— Не вижу особых проблем, кроме некоторых моральных аспектов, — огорошила меня жена, выслушав мои пространные объяснения и опасения по поводу конкурентов, — Но и про них можно забыть, с учётом того, что конкуренты беззастенчиво пользуются твоими изобретениями.

Уточнять, что изобретения вовсе не мои, я не стал. Привык уже к тому, что всё, что в Бережково не делается, на меня списывают.