— А я-то тут причём? — попробовал я откреститься от свободы и лёгкости нравов Харбинской ночной жизни.

— Лучше подумай, как вдвое увеличить количество рейсов маголёта, а то у вас на Харбин и обратно все билеты первого класса на полтора месяца вперёд уже раскуплены. Экзотика в столице нынче в моде и в цене.

— Ты хочешь сказать, что теперь к нам полетят толпы таких же засранцев, как те, которых мне пришлось спасать? — вспомнил я целую операцию по поиску столичных чиновников, возжелавших приобщиться к ночной жизни Харбина.

Кстати, там всё расследовано, и выяснилось, что было просто несчастливое совпадение фактов.

Сестра одного из пленных китайских офицеров специально продалась в Харбинский бордель, чтобы помочь своему старшему брату сбежать. Всё узнала, и клиента с автомобилем нашла, а то, что не в самый подходящий момент к ним заглянули наши столичные чиновники, всеми участниками побега было воспринято, как знак свыше.

Собственно, это и был для них знак, но только он был со знаком минус.

Если бы пленные офицеры тогда просто сделали ноги, то у них почти наверняка всё бы получилось. План побега был неплох, чего уж там скрывать. Мало у нас в Маньчжурии постов на границе. Дай Бог, если мы каждого третьего — четвёртого контрабандиста вылавливаем, а остальные так или иначе, но свой груз довозят.

В этой тихой войне у меня в приоритете объявлены опиумные караваны. Их приказано искать и уничтожать не щадя сил и без всякой жалости. И тут нам в помощь собаки.

Если хорошо обученная собака встала на след опиумного каравана, то будет вести его, пока или караван не сгинет, или её не убьют.

Так что, не всё пока гладко в Маньчжурии, хотя её юани меня не то что радуют, а просто возносят на вершины прогрессивной мысли!

Так и хочется выйти на улицу и заорать:

— Да здравствует Большая Техномагическая Революция!

Я бы и вышел, но вряд ли кто меня поймёт.

— Нет желания прочитать документы? — протянула мне Алёнка свой портфельчик.

— Давай не сегодня… — поморщился я, не желая портить себе благостное настроение.

— Лентяй, — одним словом приклеила Алёнка мне на лоб ярлык, — Я там специально для тебя своими руками выжимку в полторы страницы сделала.

— Тогда другое дело, — тут же изобразил я энтузиазм, принимая портфель из её рук.

Чтобы не мешать мне, Алёнка поднялась и отошла к окну.

— Ты должен это увидеть! — как-то панически — восторженно вскрикнула она, заставив меня бросить едва начатые документы на стол и стремглав метнуться к окну.

Посмотреть было на что.

По широкой садовой дорожке соизволила прогуливаться наша с ней дочь.