Огненные шары снова взметнулись в воздух, заставляя нещадно расходовать оставшуюся ману. Отскочив назад, я прикрылся от летящего огня, вырастив дерево Хуры. Пламя захлестнуло формирующийся ствол, отчего в небо взметнулись искры и пепел от горящей коры. Лев вылетел из пылевого облака, разошедшегося от взрыва, и закашлялся.

Конечно же, он не знал о том, что Хура ядовита. А если её сжечь, то её яд пропитает и воздух. Ну вот, у него ещё и слёзы потекли, теперь он не боец. Хотя…

— Ты меня отравил? Ха! Неожиданно, — поднявшись, парень набрал полную грудь воздуха и издал громкий крик, отчего взметнувшийся пепел отбросило на край барьера. — Теперь сразимся по-серьёзному, — из-под насупленных бровей мелькнул хищный оскал, и аристократ рванул вперёд.

Казалось, двуручный клинок стал ещё быстрее. Я едва поспевал за его движениями. При этом мне приходилось следить не только за его мечом, но и за магическими атаками, что сыпались со всех сторон. Как только я начал привыкать к ритму боя, Лев показал новый фокус.

Я сделал шаг назад, и прямо под моей ногой появилась небольшая ямка. Хмм…Магия земли? Оступившись, я опрокинулся на спину, и противник тут же приставил острие меча к моему горлу.

— Всё, всё. Сдаюсь, — хохотнул я, подняв руки.

— Это был отличный бой. Спасибо, — поблагодарил меня соперник, помогая встать. — Позже сразимся ещё раз?

— Нет, пожалуй, с меня хватит. Думаю, ты найдёшь в академии немало достойных противников, — отказался я, отряхивая одежду от пыли.

— Что ж. Очень жаль. Я бы с радостью повторил, — грустно заметил Лев и потянулся к левой запонке. — Держи. В качестве напоминания о моей победе, — он усмехнулся, подначивая меня на новый раунд, но я на провокацию не поддался.

— Оу, благодарю. Продам её в ломбарде, а все вырученные деньги пропью, — насмешливо улыбнулся и принял дар от победителя.

Как только запонка легла в мою ладонь, я понял, почему Лев не экономил ману. Чёртова безделушка увеличивала её запасы почти в два раза. Забавно, что такой ценный артефакт мне отдают просто так. Либо Лев очень богат, либо у его семьи собственный артефакториум, и такие безделушки для него не являются ценностью.

Толпа восторженно свистела, славя отважного героя. А я, не желая отнимать его минуту славы, собрался уйти, однако Львов меня окликнул.

— И всё же я не чувствую себя победителем, — заявил он озадаченно. — Ведь для тебя это уже второй бой за сегодня, а для меня первый.

— Не драматизируй. Победа есть победа, — махнул я рукой, ловко подкидывая запонку.

Поймав безделушку, я двинул на скамейки в дальней части стадиона. Ха! А у Льва хорошая чуйка. Не подвела. Ведь он и правда проиграл. За бой я мог трижды убить его. Первый раз, когда лозы его спеленали. В тот момент одна из них держала брошенный до этого кинжал; мне хватило бы всего мгновения, чтобы перерезать ему глотку.