«Это не стон!», - зло подумала Анджали и уткнулась лицом в перину, закусывая простыню, чтобы не закричать снова.
- Нет-нет, не прячься от меня, - снова полился в уши вкрадчивый шёпот царя богов. – Я хочу чувствовать твои губы… твой язык… Ну-ка, лизни меня…
Он засунул палец ей в рот и подвигал, но Анджали сейчас вовсе не хотелось играть в эту изысканную игру. Тем более, Шакра немного подался назад, а потом – резче – вперёд, проталкиваясь глубже.
Снова вскрикнув, Анджали впилась в палец своему любовницу, и сразу почувствовала солоноватый привкус крови.
- Ещё и кусаешься! Какая норовистая лошадка! – Шакра с силой шлёпнул Анджали, но пальцы ей в рот больше не совал, зато задвигал бёдрами резче и сильнее.
Она снова упала лицом в постель, судорожно вцепившись в подушку, кусая губы, чтобы больше не кричать, и молясь, чтобы это поскорее закончилось. Надо постараться не думать… Или думать о чем-то хорошем… Про встречу с царём богов в беседке… после танцев на празднике молодых плодов… Тогда он прикоснулся к ней… Сказал, что будет ждать… А она тогда так мечтала о нём… Исступлённо, дико, безумно…
Но несмотря на все усилия, у Анджали не получалось снова проникнуться теми восторженными чувствами юности.
Вскоре пришло бессильное отупение, и Анджали не могла больше думать. Просто лежала, вцепившись в простыню, и слушала, как стонет и тяжело дышит Шакра, насыщающийся ею уже в полную силу. Он таранил её довольно долго, но, в конце концов, всё закончилось. Когда липкое от пота мужское тело придавило Анджали, она чуть не заплакала от облегчения.
Но плакать не полагалось, а полагалось поблагодарить за любовь и восхититься стойкостью и мужеством любовника.
- Вы чуть не убили меня, господин, - произнесла Анджали, изображая дрожь в голосе. – Вы сильны, как сто слонов…
- Когда я с тобой, то силён, как тысяча самых сильных слонов, - расслабленно засмеялся Шакра, скатываясь на постель и укладываясь на спину. – Самых сильных, в период опьянения, когда они ищут свою слониху…
- Я оботру вас и принесу охлажденной воды, - сказала Анджали, поднимаясь сначала на четвереньки, и потом встала с кровати.
Колени дрожали, стыд и боль были в разы сильнее, чем после занятий в школе. В сто раз сильнее. В тысячу.
Танду никогда не любил её так. Хотя она была готова исполнить его желание, если бы он попросил. Потому что его удовольствие доставляло удовольствие и ей. Но наслаждение царя богов ничем не откликалось в её сердце… Лучше бы… лучше бы он не приходил сегодня.
Стиснув зубы, чтобы не застонать – и вовсе не от любовной неги – Анджали подала Шакре напиться, а потом намочила в цветочной воде полотенце и вытерла ему лоб и виски, шею, промокнула грудь и сняла последние капельки пота губами.