— Хрущоба-то она конечно стандартная, — вдруг открыла рот красавица Оксана, — да только по особой технологии построена. У нас же здесь сейсмоопасная зона, поэтому фундаменты очень хитрые.

— А насколько она у вас сеймоопасная, эта зона? — решил вступить в диалог с ней я, — часто трясёт-то?

— Бывает, — скупо обронила она. — На моей памяти два раза за два года.

— И что там за фундаменты такие? — это уже Андрей решил выставиться умным перед Оксаной.

— Слоёные. Слой бетона, слой резины, и так метр почти. До семи баллов, говорят, держат удар.

— А ты это откуда знаешь? — спросил турист Серёжа.

— Так я же два года в строяке отучилась, — просто ответила она, — на промгражданстроительстве, так что кое-что запомнила.

— А здесь ты как оказалась? — продолжил Серёжа.

— Так, — сказал вдруг Лёлик, — давайте с этими умными разговорами завязывать, вот хата, ключ у вас есть, заселяйтесь, а у нас с Оксаной ещё другие дела имеются. Вечерком загляну, проверю, как у вас тут и что, а разбираться со всем остальным завтра уже будем.

— А до вечера нам что делать? — поинтересовался Петрович.

— Вы когда там из своего Приволжска вылетели? Позавчера днём, верно? Сейчас по местному времени одиннадцать утра, значит по вашему внутреннему два часа ночи. А это значит что? Правильно, это значит, что вас должно вырубить как раз до вечера. Акклиматизация эта такая штука, — и он неопределённо покрутил руками в разные стороны, — бывает, что и неделю плющит, но в среднем за 2–3 дня должно пройти. Ну мы пошли.

И он взял Оксану за локоть, и они быстро удалились в сторону, противоположную той, откуда мы появились — куда-то по направлению к чахлой роще каменных берёз. Ну а мы, чего, повздыхали, глядя вслед соблазнительным формам Оксаны, и отправились на второй этаж — домофонов в этом времени ещё не изобрели.

— Смотри-ка ты, — сказал начальник, осмотрев наши владения, — не обманули ведь, всё на месте, и койки, и ванна, и плита на месте. И даже бельё застелено.

— А здесь что? — спросил Андрей, показав на дверь второй комнаты, она была не смежной с нашей, не совсем, выходит, эта хрущоба стандартной оказалась.

— Там, мне сказали, возможно ещё одна бригада жить будет, из Киева. Но это неточно, может и не будет, а пока пусто там.

— Отлично, — резюмировал я, — мне всё нравится. Кто первым мыться идёт? Значит я первый.

Отрубились мы, как правильно предсказал Лёлик, очень быстро и безболезненно. А когда проснулись, уже и сумерки вроде бы на улице намечались.

— Жалко, телефона здесь нет, — сказал Петрович со своей койки, — домой бы позвонить не мешало.