— Мне кажется, он какой-то сумасшедший, — тревожно сказала Оля. — Ты точно будешь с ним бороться?

Я наблюдал за окончанием схватки. В очередной раз убедился, что должен во что бы то ни стало одолеть его. Стереть с его лица эту мерзкую самодовольную ухмылочку. Показать всем, что он не всесилен и не неуязвим.

Только сейчас я заметил, что впился ногтями в ладони. Несколько раз мне хотелось сорваться с места, вбежать на ковер и оттолкнуть соперника в сторону. Принять удар на себя.

Ладно, ничего. Я сделаю это. Найду способ выстоять перед ментальными атаками Хари. Уже нашел, вернее.

Надо самому залезть в самые темные закоулки души и выжечь оттуда страх. Действовать сильнее, быстрее, техничнее.

Схватка закончилась. Харитонов победил, даже не вспотев. Все пять минут он игрался с соперником, как кошка с мышкой, то подпуская его ближе, то отталкивая.

Болевые и бросковые приемы, которые могли бы сразу закончить бой, он намеренно не доводил до конца. Сломал не только физически, но и психологически, заставил соперника уверовать в собственную неполноценность.

Свисток рефери известил об окончании поединка. Харя вскинул руки в победном жесте, упиваясь овациями поклонников и шиканьем возмущенных зрителей. Он скользнул по трибунам равнодушным взглядом и вдруг посмотрел прямо на меня.

Наши взгляды встретились. Всего на секунду. В глазах Хари полыхнул недобрый огонек. Губы растянулись в ехидной усмешке. Он словно говорил мне: «Ну что, Волков, ты следующий? Попробуй, останови меня, если сможешь».

— Он что, на тебя смотрит? — Оля взяла меня за руку. — Да, он смотрит на тебя.

Я стиснул кулаки и сидел, не отводя взгляда. Харя отвел от меня взгляд.

Вдохнул полной грудью и расправил плечи. Он чувствовал себя богом, повелевающим судьбами людей на ковре и за его пределами. Знал, что сломленные им соперники никогда не смогут стать прежними. Часть их души и веры в себя навсегда останутся в цепких лапах его ментального паука.

Соперник шатался и, казалось, не понимал, где находится. Взгляд его был устремлен в пустоту. Из разбитой губы стекала тонкая струйка крови. Харя проводил его взглядом и довольно хмыкнул. Тоже сошел с ковра.

Оля крепко сжала мою руку. Я посмотрел на девушку.

Она мрачно смотрела на ковер, где только что закончилась схватка Харитонова.

— Оль, ты в порядке? — спросил я, пытаясь разрядить обстановку.

— Не знаю, Вить. Я просто в шоке от того, что увидела. Этот Харитонов, он же просто чудовище какое-то. Как он издевался над соперником, это ужасно.

Я вздохнул. Понимал ее чувства. Для человека, далекого от нашего спорта, манера Хари вести бой могла показаться чрезмерно жестокой, даже садистской.