Я пожал его крепкую ладонь.
Судья вновь вскинул мою руку, фиксируя триумф. Бутырский добродушно улыбался, прекрасно понимая, что сегодня уступил более сильному сопернику. Понимал и искренне радовался за меня. Надо же, вот это и есть настоящая спортивная дружба и взаимовыручка.
Вот только когда схватка завершилась, случился странный инцидент. К судейскому столику, разгневанно жестикулируя, подскочил тренер Бутырского,Геннадий Михайлович.
— Что за безобразие⁈ — кричал он, брызгая слюной. — Какая победа Волкова? Вы что, ослепли там? Он же вышел за границу ковра, до того, как провел прием!
Судьи пытались урезонить распоясавшегося тренера, но кто ж его остановит? Геннадий Михайлович продолжал возмущенно орать, требуя отменить результат схватки.
— Посмотрите внимательно! Рефери совсем не отметил. Все же ясно видели, что никакого чистого приема не было! Сергей достойно отборолся все отведенное время, а вы хотите признать его победы? Так не пойдет! Мы будем опротестовывать ваше решение!
В зале нарастал недовольный ропот. Зрители были возмущены поведением тренера Бутырского.
Сам Сергей стоял в стороне, мрачно опустив голову. Он не разделял экспрессии своего тренера и где-то в глубине души понимал, что упустил победу.
Наконец, главный судья не выдержал:
— Хватит! Я не позволю вам тут устраивать балаган! Наше решение окончательное и обжалованию не подлежит. Волков победил. Точка! Еще одно слово — и я сниму вашего подопечного с соревнований за неспортивное поведение тренера. Вам все ясно?
Геннадий Михайлович от такого окрика аж покраснел и побагровел. Казалось, он сейчас взорвется от ярости. Но все же благоразумие возобладало. Процедив сквозь зубы «Ну, попомните у меня!», тренер резко развернулся и вылетел из зала, хлопнув дверью.
Сергей виновато пожал плечами и подошел ко мне.
— Геннадий Михалыч — он такой, горячий, — смущенно пробормотал он. — Не сдержался. Но я-то понимаю. Ты победил по делу. Молодец!
Я опять пожал ему руку. Надо же, какое благородство. Я бы так не смог, наверное. Даже в минуту поражения Бутырский нашел в себе силы поздравить, пожелать удачи.
— Спасибо! — с чувством ответил я. — Ты тоже отлично боролся. Почти уделал меня, сорванец!
Мы вместе сошли с ковра.
Глава 22 Между поединками
Напоследок я поднял руку в победном жесте и сошел с ковра под вялые аплодисменты трибун. Усталость и боль от бросков и толчков затмевала эйфория от выигранной схватки.
Однако не успел я присесть на скамейку, как ко мне подошел Степаныч. Ворчливый мужик, все еще готовый гонять нас как сидоровых коз и как всегда, недовольный. Именно ко мне, черт подери.