— Что это с ним, а? — недоумевающе спросил стоявший рядом Боря. — Любимая рыбка сдохла, что ли? Если так будет продолжаться, он не сможет пробиться дальше. Он что, думает, тут можно вот так ходить, повесив башку? Да его же снесут сейчас, если он не начнет шевелиться.
Зрители вокруг уже кричали и шумели, подбадривали борцов криками. Народ заполнил трибуны, все места заняты, причем зрители попались какие-то активные, возможно, понаехали из других городов и стран, для поддержки своих претендентов.
Они топали ногами, улюлюкали и свистели, так что зал содрогался от их шума. Боря поэтому тоже сунул в рот два пальца, оглушительно засвистел и закричал:
— Давай, Леха, шевелись! Скрути его!
Не знаю, услышал ли Михайлов, но почти все оставшееся время до конца схватки он вел себя пассивно. Я же говорю, непривычно как-то.
Я уже думал, что он так и проиграет, просто по очкам, когда вдруг все пошло по-другому. Наступила последняя минута схватки и в Михайлова как будто вкололи тюбик адреналина.
Он налетел на противника, сам схватил его за рукава и тут же толкнул на подножку. Тот даже чуть было не поддался на прием, так необычно это было, но сразу же исправился, отбился и сам провел контратаку.
Потащил Михайлова за собой, слегка наклонил его корпус и свой, зацепил его правую ногу своей левой и чуть было не швырнул через бедро. Леха тоже вовремя сориентировался, он теперь боролся, как лев.
Теперь он больше походил на себя и двигался быстро и даже слегка торопливо. Они продолжали бороться, почти подошли к краю ковра и тут Михайлову удалось провести подножку.
Я даже сам не ожидал, что такое случится. Он быстро подставил ногу сбоку Басова, из почти немыслимого положения, рванул его руками и повалил на ковер. Бросок получился именно за счет рук, силовым приемом.
Так Михайлов заработал первые два балла, а остаток схватки опять начал обороняться. Хм, отличная тактика, он сэкономил силы, а противник их все растратил.
Когда прозвучал свисток рефери, ничего не изменилось, Михайлов выиграл по очкам. Надо же, как он изменился, кто бы мог подумать, что Леха будет выигрывать так, он ведь всегда стремился победить вчистую.
Но теперь, глядя на сияющего Михайлова, я подумал, что этот турнир может принести много сюрпризов. А потом объявили мою фамилию и Боря хлопнул меня по плечу.
— Давай, ни пуха, ни пера.
Глава 17 Первый, самый первый
Свердловск, 1955 год. В семье рабочего Уралмаша Игоря Колпакова и его жены Анны родился мальчик. Назвали Дмитрием. Роды получились тяжелые, Анна чуть не умерла от кровопотери. Но выкарабкалась, ради сына.