— Николай Петрович, когда мы снова увидим ваш замечательный театр? А новые пьесы? — начала разговор своим чарующим голосом Голицына.

— Так труппа дала три представления подряд, — отвечаю, недоумённо пожав плечами. — Вы увидели все готовые постановки: две итальянские и одну французскую. Сейчас актёры как раз разучивают роли по новым пьесам. Ведь театральная жизнь Москвы начнётся после Рождества. Более того, по желанию своей сестрицы я привезу труппу в Санкт-Петербург. Празднование её свадьбы с Разумовским займёт неделю, вот и порадуем публику.

— Мы их обязательно посетим, как сделали это в прошлом году, — почти перебила меня Голицына. — Я о совершенно иных постановках, которые недавно показывали зрителям у вашей тётушки.

— Они шуточные и предназначены для детей! Вы же сторонники высокого искусства.

— Позвольте нам самим решать, какие пьесы приемлемы, а какие — нет, — Голицына вновь очаровательно улыбнулась. — У нас с княгиней возник небольшой спор. Если кратко, то я хочу сыграть одну из ролей. А Екатерина Романовна думает поставить собственные короткие сюжеты. Остальные любители театра должны оценить наши работы.

— Граф, если вам не сложно, то привезите так же обоих режиссёров и реквизит. Я слышала, что вы очень серьёзно готовились к постановке, — Дашкова присоединилась к беседе. — Можем ли мы рассчитывать, что люди будут во дворце к вечеру?

Мысленно прикидываю расстояние и чертыхаюсь. Тридцать вёрст до Ясенево и обратно. А ведь ещё тащить костюмы с декорациями. Хорошо хоть, что актёры в Кусково и на дворе зима с накатанной дорогой. Значит, надо отправить конного гонца, чтобы актёры с режиссёрами ждали возки, а слуги готовили телеги для реквизита.

— Конечно, я тотчас пошлю людей, и часов через семь нужные вам люди будут здесь. Разрешите вас покинуть, чтобы отдать распоряжения?

Пока ко мне не пристали фанаты выращивания экзотических фруктов и овощей — а такие тоже есть — я с деловым видом покинул залу.

Я быстро написал записку тётушке, отдал особое распоряжение Ермолаю, и мне удалось выдохнуть впервые за день. На самом деле эти два разговора легли тяжёлым моральным грузом. Ты здесь думаешь о будущем страны, пытаешься втянуть в проект цесаревича. И он ведь согласится, пусть на своих условиях. Что опасно, так как Екатерина очень пристально следит за сыном.

А теперь просто представьте моё состояние. Одна из умнейших и толковых женщин страны занимается откровенной ерундой. Я согласен, что Дашкова сильно ограничена в действиях. Сейчас речь не о её журналистских или литературных пристрастиях — то дело нужное. Просто княгиня деятельна до мелочности. Например, она сама ведёт все хозяйственные дела, что по нынешним временам норма. Мужчины на военной или гражданской службе, а жёны занимаются хозяйством. Но зачем самостоятельно вести все бухгалтерские книги, вникая буквально в каждую сделку вплоть до продажи копны сена? Или вот: Дашкова сама определяет, на ком и когда жениться её крепостным. Здесь уже попахивает чем-то нездоровым. Екатерина Романовна действительно нервная, отчего её недолюбливают в высшем свете.