— Что нужно делать перед тем, как открыть дверь? — с плотоядной улыбкой спросил поручик, вмиг скинувший состояние дрёмы.

— Виноват. Нужен условный стук, — проблеял телохранитель, только что лишившийся десятой части жалования. — Застава, ваше сиятельство. Мы перед въездом в столицу, надо предъявить предписание на груз.

Это понятно. Дворян у нас трогать запрещено, тем более требовать них какие-то там документы. Но со мной едет обоз со всякой всячиной. Поэтому начальник заставы просто обязан его проверить. Вообще, с этими постами, охраняющими въезд в крупные города, просто цирк. Разбойников надо ловить активно, а не пассивно. А сомнительный элемент лучше просеивать уже в городе. Ведь различные мутные персонажи спокойно проникают в столицу, обходя заставы. Об этом докладывал курляндец, после покупки трактира изучивший данную тему.

Зато в Москве разбойного и сочувствующего элемента больше нет. Мы его вычистили совместными усилиями полиции, дворян и армии, когда проводили перепись домовладений. Началось всё с назначения ответственных за вывоз мусора с каждой улицы, а закончилось войсковой операцией. Надеюсь, проведённых мер хватит надолго. Хотя думаю, посланники Пугачёва и просто криминал ещё попробуют просочиться в город.

— Так пусть Прокофьев занимается всеми вопросами. Мне чего, лично возы солдатам показывать? — с недоумением спрашиваю охранника.

— Понял! — произнёс Первак и исчез.

Всё-таки он туповат. Федот посообразительней, поэтому сейчас занимается более важным делом. А за мою безопасность можно пока не беспокоиться. Всё-таки у нас немалый обоз с десятком вооружённых людей. Только идиот решит напасть на такую силу. Ещё возок с графской короной на двери как бы намекает, что лучше поостеречься.

Выхожу на морозный петербургский воздух, который обжёг ноздри и заставил прищуриться. Солнце уже клонилось к закату, но света ещё достаточно, чтобы разглядеть въездную заставу во всех деталях. Рогатки и опущенный шлагбаум, выкрашенный чёрно-белыми полосами. Перед забавной конструкцией выстроилась небольшая вереница подвод и саней. Два солдата в заиндевевших тулупах неторопливо прохаживались вдоль обозов, заглядывая в мешки и повозки, а третий — унтер-офицер с красным от холода носом — сверял какие-то бумаги. Надо же, он читать умеет! Хотя на такую должность абы кого не поставят.

Теоретически, можно ехать дальше, но не хочу оставлять своих людей. Уж больно ценное оборудование — ещё и в единственном экземпляре — мы везём.

Я поправил воротник соболиной шубы и оглядел свою процессию. Четыре пассажирских возка для секретаря, лакеев и кучеров с охраной, которые могут меняться и греться по ходу движения. За ними тянулись десять тяжелогружёных саней с оборудованием, образцами, подарками, фейерверком и личными вещами. Два всадника из охраны спешились и держались настороженно, контролируя арьергард каравана. Ещё парочка расположилась по бокам. Молодцы! Ребята несут службу правильно!