Глава 7 Впереди крутой поворот
20 декабря 1938 год. Москва.
— Так говоришь, хороший самолет у товарища Поликарпова получился?
— Очень хороший, товарищ Сталин. Без доработок, конечно, не обойдется, очень много новшеств Николай Николаевич в нем применил, требуется время, что бы заставить их работать как надо, а так сразу скажу, этот самолет получше немецких будет. Надо бы как-то ускорить его испытания.
— Последнее время ходят слухи, что товарищ Чкалов начинает проявлять своеволие, старшие товарищи ему уже не указ, по его словам, «боятся взять на себя ответственность». А я так считаю, правильно товарищ Берия отстранил заслуженного летчика от полетов. Если этот летчик не выполняет распоряжений главного конструктора, то ему не место среди испытателей его самолета. Вы поняли товарищ Чкалов.
— Понял, товарищ Сталин. Но все-таки я испытатель, мне летать надо, а тут в какой-то памятник самому себе превращаюсь. Скоро мхом покрываться начну.
— Летать заслуженному летчику никто не запрещает, а вот лишать других права быть первыми, не по-товарищески. Надеюсь, вы не будете игнорировать приказы товарища Берии?
Для Валерия Павловича такой разговор был неприятен, поэтому он коротко кивнул и быстро переключился на другую тему.
— Мне вот только одного не понятно, где-то в Иркутске мальчишки разрабатывают новую конструкцию мотора и этот мотор гораздо лучше тех, над которыми бьются опытные конструкторы. А самое странное, что их двигатели пошли в серию без малейших доработок, раз и сделали, как будто им чертежи отработанного мотора кто-то передал.
— На наши заводы уже передавали чертежи рабочих моторов, покупали мы лицензии, — махнул рукой Сталин, — но это не сильно помогло. А иркутские моторы еще не зарекомендовали себя, посмотрим, что дальше получится.
— Так я чего и говорю, товарищ Сталин, их же еще в начале этого года на АНТ-40 ставили, моторы эти по четыреста часов отработали, и ни одной рекламации. На госприемке тоже не нашли к чему придраться, двигатель на всех высотах как часики работал, только к оформлению документации претензии были, технология изготовления деталей недостаточно полно описана.
— Товарищ заслуженный летчик хочет сказать, что товарищи из комиссии предъявили претензии неправильно?
— Да я не то, хотел сказать, — смутился Чкалов, — я хотел обратить внимание на то, что моторы очень уж хороши.
— Этот вопрос мы обсудим в ближайшее время с наркомом оборонной промышленности, полагаю, он в курсе всего этого, прежде чем принимать решение, надо выслушать все стороны.
26 декабря 1938 год. Москва.