— Пожалуйста, не делайте мне больно, — прозвучал надломленный, жалкий голос.

— Да я и не собирался... — он осекся, возвращая голосу жесткость. — Нечего хватать меня своими грязными руками, тогда и последствий не будет.

— Я просто хотела попросить поесть. Два дня ни крошки... — женщина всхлипнула, но сдержалась. — Прошу, если вы не поможете, я просто сдохну здесь от голода.

— Я тебе что, благотворительный фонд? Хочешь жрать — иди и купи. Отвали от меня, бомжара.

Бросив последний взгляд на мерцание её глаз, Станис развернулся и зашагал прочь. Сделав несколько шагов в темноте он вышел на открытое пространство и подставил лицо под мертвенный свет одного из трех уцелевших фонарей. Где-то над головой, надсадно гудя гравитационным приводом, проплывал гравиплан. На наборе высоты звук становился низким и пульсирующим.

— Низко идет. К дождю, — прошептал он.

В детстве он любил наблюдать за ласточками перед грозой. Птиц давно не существовало — их пытались воссоздать в лабораториях, надеясь вернуть планете утраченную биосферу, но проект «Возрождение» захлебнулся в крови и мутациях. Оригинальные виды вымерли еще до великой бактериологической войны. Эпоха Панфедерации, одержимая экспансией, стерла память о животных как о чем-то лишнем, не вписывающемся в государственную доктрину. Современность лишь завершила начатое: вездесущий патоген «Юдо» уродывал любую естественную жизнь как бог — черепаху, очередная беспощадная чума свалившаяся на этот прекрасный мир. Попытки магистров-биомантов вывести устойчивые гибриды породили лишь монстров, сошедших с экранов довоенных фильмов ужасов.

Станис ускорил шаг. Этот город не прощал задержек, а запах грядущего дождя обещал лишь новую порцию едкой сырости.

Где-то неподалеку, возможно на соседней улице, зашлась лаем бродячая свора — псы делили добычу или охраняли территорию. Времени на отвлечение не оставалось: использование излучения отозвалось в теле легкой свинцовой усталостью. Утром ждала изматывающая рутина, а до этого нужно было успеть распробовать дельтарин, доставшийся такой ценой.

Станис еще раз взглянул на слепящий фонарь, и в этот момент его прошила внезапная догадка.

— Блеск её глаз... Что-то не так. Отражают свет? Как у кошки, но у человека. А человека ли?

Он вновь нырнул в маслянистую тьму переулка. Найти несчастную не составило труда: она сидела там же, привалившись к стене. Подойдя к поникшей фигуре, он подхватил её под руки, помогая подняться.

— Вставай. Я передумал, помогу тебе, — голос Станиса обрел непривычную мягкость. — Если голодна, идем со мной, накормлю. Но сначала выйдем на свет, нужно проверить, нет ли травм. Ты сильно ударилась при падении. Идем.