Животное умерло мгновенно, а я потратил несколько часов, чтобы освежевать часть туши, вырезать себе несколько кусков мяса, соорудить что-то вроде вертела и приготовить их на костре. Без специй, пережаренная, эта оленина показалась мне самым вкусным, что я ел в своей жизни…

Рядом с местом, где я убил животное, протекал ручей, так что я напился вволю, а затем продолжил путь. С собой прихватил несколько крупных кусков мяса, завернув их в остатки рубахи. Рана не гноилась, и не болела, так что я решил, что просто буду промывать уже имеющиеся повязки.

Конечно, уже послезавтра мясо наверняка испортиться, но вот завтра обедом я обеспечен. А силы понадобятся, если так и дальше плутать…

Дождавшись наступления сумерек, я остановился на привал. Попытался найти какое-нибудь высокое дерево, но в этой части леса росли лишь сосны, чьи нижние ветви начинались метрах в трёх над землёй…

Таким образом, наутро третьего дня я уже не был уверен в том, что иду в верном направлении, и начал слегка нервничать. Ландшафт спускался всё ниже и ниже, и не было никакой возможности оглядеть лес хоть немного. Никаких признаков человека мне, по прежнему, не встречалось…

Тем неожиданнее было к вечеру наткнуться на древние каменные развалины какой-то башни, судя по сохранившемуся основанию. Она просто появились передо мной, словно материализовавшись меж здоровенных деревьев.

Огромные валуны были выложены, я так полагаю, некогда на поляне, теперь заросшей самыми разными представителями флоры. Размер внушал уважение — постройка была высоченной, судя по количеству каменных обломков, усыпавших всю округу.

Часть из них обвил плющ (как и саму башню), часть покрылась мхом или оказалась скрыта под густой травой, часть уже покрылась слоем дёрна.

Кажется, разрушена постройка была очень, очень давно.

Я не стал выскакивать к своей находке сломя голову. Для начала — осторожно обошёл по периметру, убедившись, что вокруг нет патрулей, а в самой постройке — кого нибудь с недобрыми намерениями.

К счастью, убив пару часов на слежку за развалинами и разведку, я убедился, что здесь никого нет. А так как уже смеркалось, не оставалось ничего, кроме как устроиться на ночлег.

Башня была полая — все лестницы вдоль стен давно обвалились, крыши не было, никакой утвари — внутри властвовала такая е дикая природа, как и снаружи. Зелень, мох, старые листья и запах древности. Не той, что создана человеком — но природой.

Здесь, несмотря на всё произошедшее в последние дни, мне отчего-то было спокойно. Я побродил вдоль стен, но не найдя ничего интересного, развёл костёр, приготовил уже слегка завялившуюся оленину, и лёг спать на мягкой траве.