На мгновение наступила гробовая тишина. Через полминуты Фанат посмотрел на меня и спросил:

— А чего сразу не сказал?

— А ты мне про конвой тоже сразу сказал? — вопросом на вопрос ответил я. — Были бы у меня шансы самому все провернуть, я бы сделал, и все бабки себе загреб бы. Но к сожалению это немного невозможно. А вот вместе, если постараемся?

— Трудно будет, — сказал решала. — Лагер никому кроме самого Шелка деньги не отдаст. Брать его банк… На это людей не хватит, да и яиц тоже, если честно. Взять-то там можно много, под двести миллионов минимум, да только после этого нас весь город за свои бабки порвать готов будет. А кто не захочет порвать, тот просто с нами не заговорит, руки не подаст. Однако есть еще один вариант. Пусть Шелк заберет свои деньги, и отдаст их нам.

— А мы его, типа, за это отпустим? — спросил я.

— Не, — покачал головой Фанат. — Договариваться с ним бесполезно, я его давно знаю, и этот пидор упертый. Но есть специалисты, которые мозголомкой занимаются. Звери в человеческом обличии, если честно. За технологию процесса у меня не спрашивай, но попадать к ним в лапы не советую. Вот они-то из Шелка послушного зомби сделают, который нам сам бабки принесет.

Еб твою мать, тут и такое есть? Людей ломают, делают из них послушных болванчиков. Что там, гипноз, пытки, наркотики специальные? Черт его знает. Но, наверное, это даже похуже, чем просто человека на мясо порезать. Так ты только его тело забираешь, а в этом случае еще и разум.

— Стремно, честно говоря, — сказал я. — Такого и врагу не пожелаешь.

— Этот пидор Чеха убил, тебя пытался застрелить, груз скрысил. Из-за него за нами пиджаки прийти в любой момент могут. А ты его жалеть будешь?

А с другой стороны, действительно, что это я. Мне людей за меньшее бабло валить не приходилось что ли? Да и бесплатно сколько народа уже угандошил. Они ведь тоже людьми были, просто дорогу мне перешли.

— А что люди скажут, если узнают? — спросил я.

— А ничего не скажут, — ответил Фанат. — Бояться будут. Плохая репутация — это тоже репутация. Жестокость — часть нашего бизнеса, Молодой. Это почти то же самое, что должника на мясо продать.

— Мне пока таким заниматься не приходилось, — пожал я плечами. — Но если для тебя это не впервой, то давай. Только убедись, что люди надежные, и сами куш не возьмут. Шелк-то все равно уже у твоих. Ну и долю мне отстегнуть не забудь.

— Не забуду, не боись, — сказал решала. — Кто кроме тебя еще такой отмороженный, что к Лагеру сунется? С ним и пойдешь. Сам ведь понимаешь, двадцать миллионов, это несколько больших сумок с деньгами, в одиночку он нам это не принесет. А теперь об остальном. Значит, Маршал, да?