— Будем надеяться, что он не объявится, — сказал я.
— А я бы на твоем месте его нашла, — сказала Ив. — Он ведь легенда. Представляешь, какие дела вы могли бы провернуть вместе?
— Я предпочту искать свой путь, — я улыбнулся. — Знаешь, рядом с ним я всегда буду всего лишь клоном. Но хрен с ним, с Князем, откуда Чех-то об этом узнал?
— Я не знаю, — покачал головой Ник. — Он не рассказывал. Но не думаю, что это был заказ, подозреваю, он работал сам.
— А теперь уже не спросишь, блядь, — выругался я.
— Есть вариант, — сказал рвач. — У меня есть доступ к тайникам Сереги. На самом деле, он мне еще когда вы из Раменского вернулись, сказал, чтобы, если с ним что-то случится, я тебе ключи-карты отдал. Так что, может быть, он и оставил тебе что-нибудь.
— Погоди, — сказала Ив. — Раменское. Если ты сейчас скажешь, что и Легиона вы завалили, я совсем с ума сойду.
— Нет, это не мы, — соврал я, покачав головой. — Каких только грехов за мной нет, но Легиона я не валил.
— Я уже не верю, — фыркнула девушка. — Но одно хорошо. С тобой по крайней мере скучно не будет.
— Да, это уж точно, — согласился я. — Покой нам только снится. Может быть, еще по одной?
— А давай, — кивнул Ник. — Хорошо сидим же. А то все работа и работа.
Рвач налил еще по одной пробирке, мы чокнулись и выпили.
Глава 9
— Значит, Маршал, — задумчиво проговорил Фанат. — Сукин сын. И откуда он узнал по поводу нападения на конвой… Теперь-то понимаешь, почему я тебе ничего не говорил?
— Мне-то ты не говорил, а вот кому-то другому, кому не следовало, сказал, — ответил я. — Хули толку-то с твоей скрытности? Да и Шелк на самом деле не знает ни хрена. Ни, кто заказчик, ни где деньги. Слышь, а ты бодрее выглядишь. О чем с пиджаками договорился?
— Да о том, что жить буду, — решала усмехнулся. — Если девчонку найдем, конечно. И работать с ними буду. Этот твой Эрнест вроде нормальный мужик, хоть и чувствую я за ним что-то… Но не гниль, это точно. А насчет Шелка… Мои его еще разговорить попытаются.
Люди Фаната забрали наемника у Ника, и увезли в одно из своих логовищ. Была у него, оказывается, и тюрьма, ну ничего удивительного, он ведь и похищением людей занимался, а их где-то держать надо.
Я задумался, а стоит ли говорить решалу о двадцати миллионах, которые сейчас лежат у Лагера. И пришёл к выводу, что стоит. Потому что одному мне этот орешек никак не расколоть, и бабки не забрать. А с его помощью, может быть, и получится. Хрен его знает.
— Вы его не мордуйте особенно, — сказал я. — Он нам ещё пригодиться может.
— Зачем? — спросил Фанат.
— За хлебом, — ответил я. — Бабки за груз он получил. И отвез к Лагеру. Двадцать миллионов рублей.