На огромной, сорокаметровой, сцене я сразу заметил, благодаря её знаменитому балахону, Аллу Пугачеву, которой помахал, как старой знакомой. Она заметила меня и тоже приветливо махнула. Ну вот, хоть один знакомый человек в этом сборище есть. Зыкину и Сенчину я тоже узнал, но знаком с ними не был. Кобзон и Лещенко стояли вместе и посматривали на нас, видимо, обсуждая наш вызывающий внешний вид. Были ещё какие-то оперные певцы и певицы, творческие коллективы, Муслим Магомаев с кем-то общался, а чуть отдельно от остальных, рядом с ВИА «Пламя», стояла София Ротару. Она поглядывала в сторону Пугачевой, которая направилась к нам. Я знал, что у Ротару с Пугачевой года четыре назад произошёл конфликт, который продолжается до сих пор, но он меня никак не касался. Алла подошла к нам и я, первым делом, поздравил её с прошедшим днём рождения. Ей, шесть дней назад, исполнилось двадцать девять лет и на примадонну российской эстрады она пока не была похожа. Обычная весёлая молодая женщина, улыбчивая и немного озорная.
— Спасибо за поздравления, — сказала Алла, здороваясь с уже знакомой ей Светланой и кивнув Серёге. — Слышала о ваших приключениях в Лондоне. Вся музыкальная тусовка их обсуждает. Андрей, ты действительно теперь сэр?
— Да, но только для Англии, — ответил я. — У нас в стране я простой музыкант.
— Ага, простой. А кому стоя подпевала английская королева?
— Ну так это там, на «Туманном Альбионе», а вот когда мы вместе с Леонидом Ильичом что-нибудь моё вместе споём, вот тогда и на родине нас любить будут, как в Англии.
— Слушай, у тебя какой номер для выступления?
— Десятый, а что?
— А у меня девятый. Я потом к тебе забегу, поболтаем.
— Идёт. Нам же ещё в воскресенье с тобой встречаться на репетиции.
— Так это твою песню мы будем репетировать? Вот темнилы. Главное, ничего толком не сказали, только поставили перед фактом, что надо спеть для комсомола новую песню.
Нам всем сказали идти в свои гримерки, согласно номера выступления, и ждать команды, внимательно слушая громкоговоритель. Мы пошли в свою под номером 10 и сели у столиков с гримёрными зеркалами, с подсветкой в виде десятка матовых лампочек. Само помещение было рассчитано человек на десять, поэтому места было много. На одном из столиков, помимо нескольких бутылок с минеральной водой, я заметил радиоприёмник и включил его. Он был настроен на «Маяк», поэтому мы сразу услышали нашу новую песню «Короли и королевы». Краснов, что, решил нашими песнями все музыкальные выпуски забить?
В громкоговорителе раздавался голос, называющий номера и фамилии очередных исполнителей, которые должны были выступать следующими. Кобзон, Лещенко, и Зыкина уже прошли, поэтому мы тоже приготовились. Перед Пугачевой вызвали Магомаева, а сразу после Пугачевой вызвали нас и мы пошли обратно к сцене уже знакомой дорогой. За кулисами впереди нас стояла Алла, которая нам подмигнула. Вот вызвали впереди стоящего Муслима и он спел свою «Жизнь моя — моя Отчизна». После этого пригласили Пугачеву и она вышла на сцену. Зазвучала фонограмма её известной песни «Друг друга мы нашли». Когда песня закончилась и она направилась к нам, то я поднял большой палец правой руки вверх в знак восхищения.