— Светик, я сейчас отнесу тебя в спальню и ЭТО произойдёт сейчас. Год я не выдержу.

— Я тоже этого очень хочу, но что мы скажем родителям?

— Мы ничего им не скажем. Мы просто будем любить друг друга.

Она поцеловала меня и глубоко задышала. Я понял, что она приняла решение. Я взял её на руки и отнёс в спальню. Глаза её были счастливыми и одновременно испуганными. Я помог ей раздеться и разделся сам. Светик была скованна, но настроена решительно. В моей прошлой жизни у меня было много женщин и я умел с ними обращаться. Поэтому я знал, что то, как это получилось в первый раз, девушки помнят всю свою жизнь и я должен сделать так, чтобы у Светика остались в памяти самые яркие и приятные воспоминания об этом.

Я был нежен и ласков с ней. Когда всё закончилось, Светик открыла глаза и сказала:

— Я ждала этого с самого начала восьмого класса. Когда ты вернулся в наш класс первого сентября, я поняла, что ты мне нравишься. Когда в пятом классе ты уехал в Финляндию с родителями, я даже особо этого и не заметила. А вот когда ты вернулся, я сразу тебя вспомнила. Как же мне хорошо. Какая я счастливая. Ты меня будешь любить всегда?

— Я буду любить тебя всегда. Тебе не было больно?

— Совсем чуть-чуть. Девчонки не обманули, это действительно не описать словами. После твоих песен, я думала, что не выдержу и не выдержала. Тебе было хорошо со мной?

— Очень. Я бы ещё не отказался, но тебе нельзя. У тебя там сейчас больно, несколько дней тебе надо воздержаться.

— Да, девчонки рассказывали. Мне кажется, что я побывала в раю. Говорят, там живут боги и богини. Теперь ты мой бог, а я твоя богиня. Согласен?

— Я согласен жить с тобой, как боги на Олимпе. А теперь, моя Афродита, нам пора в ванную и собираться. Сегодня начинаем восхождение на Олимп. Такая красивая богиня должна жить только на Олимпе.

Я поцеловал Светика и отправил её в ванную. Когда она вышла, я тоже быстро ополоснулся и оделся. Девушка уже заканчивала прихорашиваться.

— Светик, я написал ещё одну песню про тебя. Хочешь послушать?

— Конечно. Очень хочу. А как называется?

— «Единственная». Как и ты у меня.

И зазвучала песня:

Даже в зеркале разбитом,

Над осколками склонясь…

Светик прижалась ко мне, обхватив меня руками, и слушала, замерев. Это были мгновения невообразимого счастья. Меня обнимала самая красивая и самая желанная моя богиня. Я видел, что и девушку переполняли те же чувства, что и меня. Мне хотелось так сидеть вечно, обнявшись с единственной.

— Это правда, что я у тебя Единственная, — тихо спросила Светик.

— Чистая правда, — ответил я. — Понравилась?