и не перенесли встречу? Почему не доложили обо всём сразу? Если бы это было целесообразно, разве мы не смогли бы начать с англичанами игру с обменом информацией, но безопасно для нас? Зачем было подставлять Кожанова, ставить под удар источники военно-морской разведки? Вы представляете, каких усилий стоит добыть из Японии хотя бы крупицу ценных сведений? Конечно, вы не оперативник, но элементарный здравый смысл у вас должен же быть? — Удивить — значит победить, товарищ комиссар госбезопасности первого ранга. Вариант отложенной беседы, без сомнения, противной стороной был предусмотрен. А так я вынудил британца импровизировать на месте, отступая от плана. К тому же, в этом случае, к моей информации больше доверия, ведь явно я не мог готовить дезу заранее. — Допустим, японские тяжёлые крейсера — ваша выдумка. Но в чём тогда смысл? Англичане поймут и вы всё равно этот самый "Асдик" не получите, — вот теперь в словах Берии никого недоумения не было, был интерес, ему действительно хотелось знать, что я задумал. — Допустим, что японские тяжёлые крейсера — не выдумка, а догадка. Ведь, согласно международным договорам, британский и японский флоты соотносятся как единица и две трети. А амбиции японцев нам хорошо известны. В этих условиях у азиатов нет иного пути, кроме как добиваться качественного превосходства. И, скажу вам по секрету, поскольку этот вопрос уже действительно потребует вашей санкции и согласования с разведкой ВМФ, последней стали известны некоторые косвенные факты, указывающие на начало тайного строительства в Японии линкоров вдвое больших по водоизмещению, чем любой существующий. То есть, хитрость японцев с крейсерами более чем вероятна, учитывая, что так называемые лёгкие они начали строить полностью исчерпав лимит водоизмещения на тяжёлые, а первые и последние по договору различаются именно по вооружению. Как вы сказали, добыть из Японии хотя бы крупицу достоверных сведений невероятно сложно. Вот пусть англичане на нас и поработают, проверяя. И платить будут они нам, если догадка верна, а не мы им. После этих моих слов Лаврентий Павлович разом расслабился и рассмеялся, прямо-таки, с детской непосредственностью. — Ну ты и змей, товарищ капитан, — сделал он мне сквозь смех сомнительный комплимент. — Это ж надо, заставить англичан не только работать на себя, но ещё и платить за это собственными государственными секретами! Это даже не победить врага его же собственным оружием, а заставить его из этого оружия застрелиться! Понятно, почему нам