На часах 8:22. Небо внезапно ожило, роняя на землю крупные снежные хлопья. К моему удивлению, в отделе пока никого не оказалось — непогода всё-таки сделала своё дело. Пришлось ждать нашего штабиста Веру — единственную, у кого всегда имелся комплект запасных ключей.

Пока топтался у запертой двери, навёл порядок в мыслях и прикинул план работы на день. Чтобы не мёрзнуть просто так, очистил ногами крыльцо и ступени от снега. Вскоре появилась Вера — её пунктуальность, как всегда, не подвела.

— Привет, Дениска! — весело воскликнула запыхавшаяся Вера, едва переводя дух. Её голос звучал немного хрипло от мороза и быстрой ходьбы.

— Привет, — ответил я, внимательно наблюдая за ней.

Её раскрасневшееся лицо и капли пота на лбу ясно выдавали, сколько усилий стоило ей добраться до работы. Женщина принялась старательно отряхивать варежками налипший снег с высоких замшевых сапог.

— Давно ждёшь? — спросила она, наконец справившись с обувью и пытаясь отдышаться.

— Не особо, — ответил я с тёплой улыбкой, наблюдая за её энергичными движениями.

— Вот погодка подосрала так подосрала! — вздохнула Вера, покачав головой и вытирая лоб рукавицей. — Кое-как до работы добралась. Вся спина мокрая, будто в душе побывала. А эти сугробы на каждом шагу… думала, никогда не дойду!

Хотел было сказать ей, что нужно заниматься спортом и худеть, но вовремя прикусил язык. Знаю по опыту — подобные замечания женщины воспринимают крайне болезненно. А портить отношения с Верой мне совершенно не хотелось. В конце концов, она отвечает за все отчёты в отделе, а это как раз то, что я терпеть не могу. Куда проще отдать ей необходимые цифры по иностранцам — и занимайся дальше своей текущей работой.

Вера, включив кулер, пошла в туалет приводить себя в порядок. А я, сняв пуховик, занялся расчисткой крыльца и прилегающей территории. Благо и лопата, и другой сподручный инструмент у нас имелся.

Саныч с Чичиковой приехали в начале десятого. По-быстрому подписав материалы на китайцев, работающих на нашем центральном вещевом рынке, я получил у Саныча пачку виз и приступил к их оформлению. Только успел вставить первую визу в печатную машинку, как в кабинет влетела заплаканная Даша из университета.

Упав на стул, она выдохнула:

— Я думала, что сдохну, пока до тебя дойду!

Пришлось отложить работу, налить ей горячего чая и в темпе вальса поставить на миграционный учёт её иностранных студентов. Проводив девушку, вернулся к своим визам.

До одиннадцати часов никто не беспокоил, и я успел оформить семнадцать виз — или, как я их называл, «гармошек». Прозвище появилось неспроста: виза на вкладном визовом бланке, которую вкладывается в паспорт, состоит из четырёх частей. Чтобы её оформить, нужно аккуратно сложить бланк гармошкой, вставить между частями небольшие кусочки копировальной бумаги и напечатать всё вручную на машинке. Работа нудная, спору нет. Но всё же лучше, чем печатать одно и то же четыре раза подряд.